Тело пьяного бармена отрывается от моего, и внезапная потеря контакта заставляет мое тело упасть на землю.

Мои колени и ладони смягчают падение, скребутся о грязный мусор на земле и обжигают верхний слой кожи, заставляя мою нижнюю губу дрожать от беззвучного крика.

Вдобавок к остаточным эффектам наркотика, поток холодного воздуха заставляет мою голову кружиться, а в ушах звенит. Но когда шум начинает стихать, мне удается отделить звуки, которые даже отдаленно не похожи на тяжелый бас из ночного клуба, вибрирующий сквозь кирпичные стены.

Ворчание.

Ругань.

Удары.

Хруст костей.

К тому моменту, когда я могу разглядеть что-то в мерцающем зрении, над мужчиной на земле нависает крупная фигура. Он бьёт точно, нанося удары в быстрой последовательности. Как будто уже раньше так избивал кого-то. Его плечи настолько широки, что я едва могу разглядеть мужчину под ними, пока тот не был с громким хлопком брошен на брусчатку.

Я вздрагиваю от удара.

Бармен хватается за живот, его конечности бьются, как у рыбы, а он обхватывает себя руками.

— Мои ребра! — визжит он. — Ты сломал мне ебаные ребра!

Таинственная фигура хватает мужчину за волосы на макушке и снова швыряет его на землю. Хруст черепа, ударяющегося о холодный тротуар, оглушает. И крики мужчины затихают при ударе.

Фигура медленно поднимается с него, кулаки сжаты у боков и капают кровью. Он вытирает их о коленки джинсов, прежде чем наконец повернуться ко мне лицом.

Я должна быть парализована страхом. Этот человек забил кого-то до потери сознания.

«Он спас тебя», — говорит голос в моей голове, прорываясь сквозь туман. «Он спас тебе жизнь».

Он приближается, окруженный странной аурой. Я виню в том, что не убегаю в страхе, действие наркотиков, все еще циркулирующих в моем организме. Когда он приседает, чтобы оказаться на одном уровне со мной, его лицо становится более различимым.

Теперь это нельзя отрицать.

Растрепанные черные волосы.

Одинокая прядь, свисающая посередине лба.

Пронзительные зеленые глаза.

Гарри.

Черт возьми.

Это осознание почти сбивает меня с ног. Узнать, что он мой спаситель, в десять раз страшнее, чем смотреть, как он чуть ли не забивает человека до смерти.

Это все не так. Гарри ненавидит меня. Он бы меня не спас. Он не стал бы моим рыцарем в сияющих доспехах.

— Давай, я тебя держу, — говорит он, и его голос звучит как чистый бархат. Это самое нежное, что я когда-либо слышала. — Ты можешь стоять?

Он медленно помогает мне подняться, и я не могу не заметить: он старается касаться моей обнажённой кожи как можно меньше. Он крепче обхватывает меня под руки, чтобы удержать мои шатающиеся ноги, но это практически бесполезно. Я как Бэмби на льду.

— Я… я думала, ты меня ненавидишь, — шепчу я.

Мои дрожащие ноги грозят опрокинуть нас обоих на землю, но он ловит меня, как по рефлексу. Его взгляд кажется огненным, когда он осматривает мое тело в поисках травм.

Я избавляю его от необходимости спрашивать, и мой голос срывается на словах:

— О-он опоил меня.

На мгновение мне кажется, что я вижу, как сжимается челюсть Гарри.

— Можно? — спрашивает он, снова смотря на меня сверху вниз.

Когда я киваю, он подставляет локти под мои колени и прижимает меня к своей груди, словно я вешу не больше малыша кролика. Аромат кожи и мяты наполняет мои чувства, заставляя мозг еще сильнее затуманиться.

Он выходит из переулка, и я не спрашиваю, куда мы идем. С каждым шагом мои чувства начинают ускользать, и моя голова все глубже погружается в его грудь. Это утешительно, он защищает меня, как уютное одеяло, пока наркотики распространяются по моим венам, как лесной пожар.

Мои веки трепещут, пытаясь остаться открытыми. Прежде чем я погружаюсь в бессознательное состояние, я слышу тихое бормотание. Оно настолько тихое, что я едва его улавливаю. Это вполне может быть плодом моего воображения, потому что мне кажется, что он говорит: — Я никогда не смог бы тебя ненавидеть, Джиджи.

Глава 7

Джиджи

 

Я приоткрываю глаз и тут же об этом жалею, когда паника начинает затуманивать все мои чувства. Увидев незнакомую комнату, я вскакиваю с постели, и черное шелковое постельное белье спадает мне на колени.

Я провожу пальцами по огромной футболке, знакомый запах странным образом успокаивает мою тревогу, в то время как в голове начинают запускаться механизмы.

Клуб.

Пьяный мужчина в переулке.

Гарри.

Сама мысль о нем заставляет мой мозг болеть. Как будто я все еще чувствую остаточные последствия наркотиков, я подношу руку ко лбу и ругаюсь из-за пульсирующей головной боли. Когда я убираю руку, замечаю две маленькие таблетки, лежащие на столешнице рядом с бутылкой воды.

Нет, спасибо, сэр.