— Да, есть такое, — спокойно подтвердила Элиза.

— Для чего они?

— Некоторые дают силу и способности. Некоторые из них касаются верности моему Двору. Другие — связь Источника и близнецового пламени.

Тесса кивнула, скользя взглядом по узорам, и остановилась на той, что была прямо над сердцем. Точно в том же месте, где была ее собственная Метка.

— Я думала, в вашем мире бывает только одна метка Источника, — сказала Тесса.

— Так и есть, — ответила Элиза, постучав пальцем по метке на своем предплечье.

— Тогда зачем эта? — спросила Тесса, невольно касаясь пальцами собственной метки над сердцем.

Элиза замерла, на мгновение прикрыла ладонью свою метку, потом опустила руку. Ее пальцы сжались в кулаки, и Тесса не знала, как реагировать и почему этот вопрос вызвал у Элизы такую реакцию.

— Не все свои метки я получила по собственному выбору. Как и не все твои, — наконец ответила Элиза.

— Но я думала, вы там свободны?

— Мы свободны в том смысле, что нас не заставляют служить другим по принуждению. Это верно, — жестко произнесла она. — Но это не значит, что мы свободны от несправедливости и нравственных пороков. Всегда найдутся те, кто считает, что заслуживает большего или превосходит других лишь из-за крови в своих жилах. Или из-за семьи, из которой они происходят. А в некоторых случаях — просто из-за того, что у них между ног болтается член.

Тесса достала из протянутого Элизой колчана стрелу и наложила ее на тетиву.

— Тогда какой смысл уходить отсюда? Ты просто меняешь проблемы одного мира на проблемы другого, — проговорила она.

— В каждом мире есть проблемы, Тесса. Как и в каждом королевстве, в каждой семье, в каждых отношениях. Ничто не бывает идеальным. Но есть те, кто старается жить и процветать, несмотря на все несовершенства, — ответила Элиза. — Расставь ноги шире.

Тесса чуть изменила стойку, потом потянула тетиву назад.

— Держи спину ровно, шею тоже, — добавила Элиза.

Тесса глубоко вдохнула и отпустила стрелу. Та угодила ниже, чем она целилась, но, по крайней мере, летела прямо.

Опустив лук, Тесса повернулась к Элизе:

— Ты любишь истории?

— Что?

— Истории, — повторила Тесса. — Тебе нравятся?

По какой-то причине Элиза ответила с особой осторожностью:

— Не особенно. Но я знаю одного, кто обожает их рассказывать.

Тесса шагнула вперед, и ее охватил азарт.

— А они у него хорошие?

— Нет. Они ужасные. Но кое-кто находит в них что-то поучительное.

— А-а, — только и сказала Тесса. Потом склонила голову набок. — Ты не расскажешь мне историю об этой метке?

— Она не станет этого делать! — раздался низкий, опасный голос.

Но Тесса не обратила на него внимания. Она уже тянулась за следующей стрелой, пока Разик неторопливо подходил ближе.

— Все в порядке, Раз, — сказала Элиза, хотя в ее голосе теперь слышалось что-то новое. Может, легкая грусть? — Она же ничего не знает.

— Тебе не нужно делиться этим, если не хочешь, — резко бросил он.

Уф, такой защитник!

Когда-то и о ней кто-то так заботился.

Эта мысль скользнула в голове Тессы, пока она молча укладывала стрелу на тетиву.

— Это метка Проклятия, — выпалила Элиза, обходя дракона, который встал между ней и Тессой. — Мужчина, которого я какое-то время считала своим отцом, нанес ее мне за то, что я родилась с магией огня, а не с магией земли, как он.

Тесса медленно опустила поднятый лук.

— Но ты же не могла это контролировать.

— Я уже говорила: в моем мире хватает несправедливости. Там это просто выглядит иначе, — ответила она. — У него были свои планы на меня, и они рухнули из-за того, кем, а точнее, чем я оказалась.

Что ж, если кто и мог это понять, так это Тесса.

— В отместку он проклял меня этой меткой, а потом бросил, — продолжала Элиза. — Сдохну я или выживу — его это больше не касалось. Но он позаботился о том, чтобы я не смогла иметь собственных детей. Чтобы, как он выразился,«больше меня ничем не разочаровывать» .

Магия Тессы неистово забилась в ее душе. Она знала, что в ее глазах вспыхивают всполохи света, когда она спросила:

— Он еще жив?

— Нет, — коротко ответила Элиза.

Взгляд Тессы метнулся к Разику.

— Это ты отомстил за нее?

— Я сама за себя отомстила, — резко парировала Элиза.

Разик молчал, скрестив руки на широкой груди. Но взгляд, которым он сверлил Тессу, ясно говорил: он не в восторге от этой темы.

Жаль, но Тессе было ровным счетом плевать на то, что он думает.

— Но метка все еще на тебе? — спросила она.

— Она навсегда, — ответила Элиза и дернула подбородком, приказывая вернуться к тренировке.

— Возможно, не навсегда, — вмешался Разик.

Элиза закатила глаза и потянулась, чтобы чуть приподнять локоть Тессы, которым та натягивала тетиву.

— Разик думает, что найдет способ ее убрать.