Она качает головой и трет лицо, а я откидываюсь на спинку лавки. До ушей долетает отрывок попсовой песни – открылась дверь ближайшего бара. Пьяная толпа вываливается на улицу, парни кричат матом, машут руками. Движуха в этом городе только начинается. Мимо проносятся мотоциклисты. В нашу сторону бросают взгляды, и я бросаю ответный предостерегающий.

- Какой ужас, - причитает Роксана. – Какие ужасные вещи ты мне про себя рассказываешь.

- Ну это жизнь. Сложная штука. Да и что ты распереживалась, я ведь всего лишь друг Егора.

- А ты хотел, чтобы я тебя представила как первого парня, с которым поцеловалась?

- Я не был первым парнем, с которым ты поцеловалась. Это во-первых…

Она громко смеется, и я осекаюсь:

- Да ладно. Тебе сколько было? Семнадцать?

- Это ты набирался опыта и целовался со всеми подряд, в том числе на моих глазах!

- Со всеми подряд?

Она начинает перечислять фамилии, которые я давным-давно забыл и которые поднимают из глубин память лица, которые я тоже не помнил.

- Ты что, вела учет? – смеюсь я.

- …И та девчонка в лагере, куда ты ездил каждый год. Господи, как ее, из Анапы…

- Да ну нафиг.

- Но это все ладно. Ты был свободный, делал что хотел. Ноль претензий. Но Саша… она ведь тебя так любит! Так сильно тебя любит, Кир!

- Как же ты накидалась. Пошли-ка домой.

- Совсем нет. Слушай… а со мной изменишь?

Я поворачиваюсь к ней резвее, чем стоило бы. Секунду назад она читала мне лекцию про верность, а теперь что, соблазняет?

- Ты спятила?

Рокс вскидывает свои темно-карие глаза, которые в свете фонарей кажутся черными. Этот серьезный взгляд, как прямой билет в черноту южной ночи, в космический холод, в смерть, если хотите, а именно так я его на себе ощущал раньше.

Одним движением Рокс ловко перекидывает ногу через мои колени, седлая. Ветровка падает на асфальт, надо бы за ней потянуться. Роксана опускается на меня, прижимается горячей промежностью к паху.

- Ооо! – шепчет мне на ухо: – Да у тебя уже стоит, Кир! Это значит да?

Я сжимаю лавку, чтобы не сжимать ее ягодицы.

- Ты серьезно этого хочешь?

- А ты совсем не думаешь о Саше? Нисколечки? И совесть не ест? Вот тут, - она тычет пальцем в грудь, примерно туда, где под ребрами ритмично бешено сжимается и генерирует электрические импульсы сердечная мышца.

Нам свистят и хлопают.

- Поехали к тебе, хочешь? - шепчет она.

Глава 13

Роксана

Долго смотрю на свое отражение в зеркале.

Не ожидала столь интересного интерьерного решения от родителей – в спальне их квартиры для сдачи в аренду прямо напротив кровати расположено огромное зеркало. При том, что гардеробная в коридоре. Пикантно, если не засыпать и просыпаться в одиночестве.

Подремать бы еще. Но едва я закрываю глаза, представляю себе Кира в этом зеркале, сознание тут же дорисовывает подробности, я распахиваю глаза и вновь пялюсь на свою бледную физиономию.

Никак не выкину из головы этот его взгляд – прямой и задумчивый, со странным блеском, как будто он уже выбрал позу, в которой планирует меня отжарить, и вопрос лишь в том, как скоро это случится. Черт. Черт. Он на всех женщин так смотрит?

При этом вслух не говорит ни пошлого, ни мерзкого. Лишь отбивается от провокаций, словно внутри него спрятан порочный мир, куда так просто не пробраться.

Очень порочный.

Да что же такое, почему я об этом думаю!

Хватаю подушку и прижимаю к своему лицу в жалкой попытке задушиться.

Вчера была проверка, и он просек, что это проверка.

Разумеется, я не была настолько пьяной, какой хотела казаться. Когда мы вышли из бара, мне вдруг стало страшно от эмоций, которые кипели внутри из-за его взглядов, стало стыдно, что я снова на него заглядываюсь и вообще… А он так смотрел, что сердце крошилось, будто мел в руках.

Этот его взгляд не был раздевающим. Я знаю, как смотрят возбужденные мужчины. Нет, Кир не раздевал глазами, он смотрел, словно я для него уже сама разделась.

Я ощущаю дрожь, переворачиваюсь на живот и утыкаюсь носом в бедную подушку. Я пыталась в нем разочароваться. Именно это мне было нужно! Хочешь узнать, какой мужчина рядом с тобой – притворись пьяненькой, но Кир как будто догадался и спросил:

- Ты меня проверяешь?

Прямо так и спросил, продолжая разглядывать, продолжая вжиматься в меня каменным пахом. Я ощущаю жар внизу живота и впечатываюсь лбом в матрас.

Такого томления бедное зеркало, спорю, еще не видело.

Но как он понял? Никто прежде не догадывался. Слегка психанул даже, и это было почему-то тоже прикольно. Он убрал руки за голову и смотрел с раздражением и любопытством.

Сама не знаю, почему меня так взбесило, что он изменяет Саше. Какое мне дело до этой Саши? Я ее и знать-то не знала до той встречи в Коста-Риве, а тут вдруг захотелось сражаться за нее. Меня всегда раздражали его подружки, но обычно я справлялась с эмоциями.