Тихий треск и хруст листьев наконец долетели до моего слуха. Вандер скользнул за другую сторону ствола и прижался к нему спиной. Я сжала в руке нож, ладони под перчатками взмокли от пота. Мне не полагалось двигаться с этого места без крайней необходимости. И меня это более чем устраивало.

Крупная неясыть заскрипела, спикировала вниз и опустилась на ветку рядом со мной. Я замерла, наблюдая, как эти огромные желтые глаза уставились вперед. Сова не знала, что я здесь.

В поле зрения появились три темные фигуры. Двое мужчин охраняли женщину в центре. На вид ей было около моих лет, с темными свалявшимися волосами, лицо грязное, но красивое. Она напомнила мне Кейду. Мужчина слева был высоким, возможно, немного старше ее, а тот, что справа, выглядел зрелым. Я засомневалась, не приходится ли старший им… отцом. Кто из них кого обратил? Я читала в руководстве ЛОА, что некоторые дикари держатся вместе, если были обращены примерно в одно время.

Меня тошнило от одной мысли об этом.

Сова ухнула и взмыла в воздух, привлекая взгляд младшего мужчины — прямо ко мне. Я сглотнула. Наши взгляды встретились. Предостережение пронзило меня, холодок пробежал по позвоночнику. Вампир. Вампир. Вампир.

Он закричал — этот ужасный, пронзительный звук.

— Ассасин!

Серебряный клинок, покрытый кровью, внезапно высунулся из центра его груди. Вандер стоял позади него, держа его за другой конец. Клинок выскользнул наружу, и вампир медленно начал сереть. Фэлкон или Гоуст — в темноте я не разобрала — быстро уложила второго мужчину, и женщина бросилась наутек.

— Догони ее, — скомандовал Вандер.

Скаут уже сидел у нее на пятках.

— Ассасины! — визжала она. — Ассасины!

Стрела рассекла воздух и вонзилась ей в спину. Она упала ничком, и Скаут пронзил ее сердце мечом. Каждое из их тел превратилось в камень за считанные секунды.

— Рядом есть еще, раз она так орала! — крикнул Скаут.

Я заметила тени, мелькавшие между деревьями в нескольких направлениях. Как минимум еще трое. Я потеряла из виду наставников. Они исчезли, как клубы дыма на ветру. Вспотевшей ладонью я сжала нож еще крепче. Они ведь не… бросили нас?

— Может, поможем им? — Пайро зашевелилась на ветке надо мной.

— Нет, Вайпер сказал оставаться на месте.

Селин уже натянула тетиву и спустила стрелу. Я следила за ней взглядом, пока она со тошнотворным глухим звуком не вонзилась вампиру в грудь. Мужчина успел подобраться на пару футов к нашим деревьям.

— Черт, ты попала, Смоук, — прозвучал впечатленный голос Тэйвина. Вампир медленно серел и превращался в камень с вытянутыми руками и гротескно раскрытым ртом, обнажившим клыки. — Прямо в сердце.

— Я стреляю из лука с трех лет, Ребел.

— Да, но это была быстрая мишень, — сказала я, сама пораженная. Надо будет поговорить с Вандером насчет того, чтобы взять лук.

— Еще один! Хватай ее! — Пайро указала дрожащей рукой. Я не была уверена, дрожала ли она от страха или от азарта боя.

Эта вампирша бежала так же быстро, как и я, когда пыталась угнаться за последними лучами солнца. Селин выстрелила в нее и промахнулась. Я напряглась, когда она добралась до основания моего дерева. Она была всего в десяти футах подо мной и начала карабкаться наверх. Черт. Я встала и подтянулась на ветку выше, затем еще на одну. Пайро сделала то же самое. Я двигалась так быстро, как только могла, но у нас вот-вот должны были закончиться ветки, на которые можно было сбежать.

— Она нагоняет их! — завопил Тэйвин. — Стреляй в нее, Смоук!

— Я не могу пробить ее сквозь эти ветки!

Я остановилась и глянула вниз, сердце колотилось, точно копыта скачущих диких лошадей. Она была в трех футах от меня, в двух. Я наступила ей на руку, когда она потянулась к ветке у моих ног.

Ее широкий, усеянный клыками рот раскрылся, и она зашипела:

— Никогда не видела напуганных ассасинов. Вы, должно быть, совсем младенцы.

Я раздавила пальцы ее другой руки, а затем полоснула ножом по ее запястью. Меня все еще подташнивало от того, что они говорили и выглядели как люди, пусть и были далеки от этого. Она снова зашипела и сумела схватить меня за лодыжку.

— Отпусти!

— Младенцы-ассасины наверняка сладкие на вкус.

Сжав зубы, я пнула ее по лицу. Носок моего сапога врезался ей в челюсть. Она взвизгнула, потеряла равновесие и отпустила меня. Я схватилась за ветку перед лицом и качнулась вниз. Обе ноги впечатались ей в живот, и она полетела назад, задевая ветки деревьев по пути вниз, пока не грохнулась на землю в странной, перекошенной позе.

— Она мертва? — спросила Пайро.

— Нет. Ее сердце должно быть уничтожено. — Я слегка прикусила нижнюю губу, следя за ее движениями. Я знала, что должна сделать, и быстро. Сделав глубокий вдох, я поспешила вниз и спрыгнула с самой нижней ветки, выхватив нож. Я никогда не думала, что буду той, кто слезет с дерева, чтобы убить вампира, но кто-то должен был это сделать, а больше никто не двигался.

— Эйсира, — прошипела Селин. — Вернись на дерево. Я могу достать ее.