Когда они направились на запад, выйдя из тупикового каньона в главное ущелье, верблюдица проявила первые признаки непокорности; она явно не одобряла возвращение тем же путем, по которому пришла, и сильно дергалась, сопротивляясь руке Дэвиса, державшей поводок.

- Что-то ее напугало, капитан, - сказал рядовой, но Бэнкс и сам это ясно видел.

Во что мы вляпались на этот раз?

В течение следующих пары часов Бэнкс слышал, как Дэвис бормотал проклятия в адрес верблюда, призывая его двигаться. По крайней мере, она пока что оставалась с ними, но начала реветь от раздражения, угрожая выдать их положение любому, кто мог бы их выследить. Наконец Бэнкс услышал достаточно. Он вернулся к животному, забрал камеру и блокнот, которые сунул в свой рюкзак, а затем дал верблюду по заднице.

- Ну, иди же, - сказал он. - Мы не будем держать малышку там, где ей некомфортно.

- Говори за себя, - сказал Вигго.

В ответ верблюдица зарычала - почти как рассмеялась - и тут же умчалась прочь, направляясь на восток длинными скачущими шагами. Вскоре она исчезла в сумерках. В каньоне ненадолго раздалось эхо ее шагов, а затем воцарилась тишина.

В полночь они устроили перерыв, чтобы покурить и попить воды.

- По моим подсчетам, мы на полпути к тому месту, где каньон снова выходит в пустыню, - сказал Бэнкс. - Значит, нас ждет пару часов тяжелого перехода по песку до оазиса.

- А после этого? - спросил Вигго.

- Два дня на запад, в горы. Может, три.

- И такой же тяжелый переход на обратном пути, возможно, с больными или ранеными? - добавил Дэвис.

- Ага, - сказал Бэнкс. - Если ты думал, что это прогулка по парку, то подумай еще раз. Если будем спешить, то к рассвету сможем добраться до того оазиса. Обещаю вам там более длительный отдых.

Оценка Бэнкса оказалась верной. Еще четыре часа в ущелье привели их к месту, где оно снова выходило на море дюн. На западном горизонте виднелась более темная тень, которая, как он догадывался, должна была быть оазисом, но точно узнать это можно было только при дневном свете, и он надеялся к тому времени уже быть там.

- Вперед, ребята, - сказал он. - Кто последним доберется до бара, тот платит за всех.

-Дэвис-

К тому времени, как они достигли оазиса, икры Дэвиса стали твердыми, как камень, и жгли, словно их пронзили раскаленным кочергой. Его рюкзак тянул при каждом шаге, угрожая повалить его назад и на задницу. Несмотря на то что еще не наступил рассвет, жара обрушивалась на дюны интенсивными волнами. Каждый вдох казался ему горячей золой во рту и ноздрях, а голова раскалывалась от боли, словно после похмелья.

Обо всем этом он забыл, когда они взошли на вершину последней дюны и взглянули вниз на оазис.

Знания Дэвиса о пустынях черпались в основном из старых голливудских фильмов. Поэтому он ожидал увидеть небольшую вогнутую впадину, окруженную пальмами, с крошечным голубым водоемом - конечно же, идеально круглым - в центре. Вместо этого он увидел зеленую долину размером с крупный город. Да, там были водоемы, да, они были голубыми, но их были десятки, разбросанные среди колышущихся пальм и папоротников на холмистом ландшафте, испещренном скалистыми выходами. От того места, где они стояли, вниз вела верблюжья тропа, и когда Дэвис проследил за ней взглядом, она привела его прямо к небольшой группе палаток вокруг одного из упомянутых водоемов, расположенных в нескольких сотнях ярдов к западу от того места, где стоял отряд. Подняв голову и оглядевшись, он увидел, что к западу, за оазисом, на расстоянии двадцати миль и более, в предрассветном свете мерцала горная цепь.

Бэнкс остановил отряд на вершине дюны и велел всем лечь ниц, пока он через прицел винтовки осматривал лагерь.

- Никаких признаков движения, - сказал он. - Но, может, они спят. Вы же знаете, как эти "уни" любят поспать. Никаких резких звуков, ребята. Не хотим, чтобы они испугались, как тот верблюд. Если мы кого-то неожиданно разбудим, они могут сначала стрелять, а потом уже задавать вопросы.

Отряд спустился с дюны гуськом, стараясь не поднять песок, чтобы не вызвать лавину. Но беспокоиться об этом было зря: еще задолго до того, как они достигли лагеря, стало очевидно, что здесь произошло нечто неладное.

Несколько палаток превратились в не более чем рваные лоскуты. Одежда и снаряжение были разбросаны по обширной территории, словно их подняли, а потом отбросили в сторону. В одной из палаток, самой большой в лагере, стояли два опрокинутых стола. Кострище в центре давно остыло, брызги крови на внутренних стенах и потолке высохли, образовав коричневую корку.

Они не нашли ни одного тела.

- Проведите инвентаризацию, - сказал Бэнкс Вигго. - Я хочу, чтобы все здесь было зафиксировано. Кричите, если найдете что-нибудь, что прольет свет на то, что произошло.

Дэвис отправился с Вигго к западному краю лагеря, а капитан и Уилкинс обыскивали территорию вокруг главной палатки. Тел они по-прежнему не нашли, но обнаружили много разрыхленного песка на тропе, ведущей на запад и указывающей прямо на горный хребет, который они видели с дюн.