Я обогнул здание, чтобы не попасться на глаза охраннику с ротвейлером. Собака была мне совсем не нужна, ведь моя тень никак не скрывала мой запах. Я добрался до места, где был припаркован лимузин, и подошел к зданию, в которое вошел Намади. У подножия лестницы толпились несколько вооруженных людей. Бокор, Жан-Луи Шевалье, стоял у открытой входной двери на втором этаже.

Я уже дважды сталкивался с бокором. Его осторожность компенсировала недостаток силы, и он, скорее всего, был готов к моим уловкам. Лучше бы мне его не видеть.

В другом конце здания людей было меньше. Человек идет в ту сторону и сталкивается с другим.

Теперь, когда я прижался к стене здания, я мог посмотреть вверх. Здесь, в небольшой полоске тени, солнце не светило. Новый охранник, к которому я подошел, был вовсе не человеком. Он был зомби, и не очень хорошим. От полуразложившегося трупа воняло кровью и серой. Такой раб мог сойти за живого разве что на расстоянии.

Честно говоря, я не был уверен, что именно он увидел, когда посмотрел на меня, но я не дал ему возможности среагировать. Я легонько дунул в свой серебряный свисток, и он застыл на месте.

Давайте на минутку остановимся и взглянем правде в глаза. Я знаю свои пределы. В свои двадцать четыре я был чертовски хорошим некромантом. Даже в тридцать четыре я не сбавляю темпа. Но дело было не в моих способностях.

Я занимаюсь черной магией в столице вуду в Соединенных Штатах. Конечно, есть и другие горячие точки. Очаги вуду вдоль побережья вплоть до Ки-Уэста. Центры в Джексонвилле и Саванне. Все знают Новый Орлеан. Это рассадник худу. А последователи Санта-Муэрте набирают силу на юго-западе. Но если не брать в расчет Карибский бассейн и сосредоточиться исключительно на Соединенных Штатах, то ни в одном регионе не умеют так ловко манипулировать мертвыми, как в Майами, где процветает вуду.

И вот я оказался не только в Маленьком Гаити, но и в штаб-квартире Святых Костей, где все офицеры разрисовывали лица под черепа.

Так что было очевидно, что я не мог просто так взять и развеять их мертвецов, не привлекая внимания. В бою я бы сделал то, что нужно, но втихаря мне пришлось прибегнуть к другим методам.

У обычных зомби нет такого мозга, как у нас. Собаки умнее. И белки, наверное, тоже. Мы приближаемся к их уровню, только когда речь заходит о рептилиях. Синапсы, электроды, все эти цепи работают на выполнение команд, но зомби действуют на основе мышечной памяти и инстинктов. Баланс. Ходить. Реагировать. Для решения более сложных задач требуется подсказка. Охраняйте этот проход. Убейте этого человека. Защитите меня.

Зная это, удивляешься тому, чего может добиться функциональный зомби, поставленный перед простой задачей. Да, они туповаты, но за долгие годы физического опыта они превратились в машины, способные решать проблемы не хуже самого умного искусственного интеллекта, и их ловкость не сравнится с ловкостью самых функциональных роботов.

Для решения узкоспециализированных задач некроманты используют прямую связь со своими творениями. Независимо от того, управляют они ими или нет, это лучший способ справиться с деликатными задачами. Без контроля со стороны некроманта зомби действуют как роботы с круиз-контролем. Но даже в таком состоянии связь между живым и мертвым всегда присутствует. Если я разорву эту связь, это заметят только самые неопытные бокоры.

Все это означает, что об убийстве и освобождении этого зомби не могло быть и речи, если я хотел сохранить инкогнито. На этот случай у меня припасен еще один трюк, которым меня снабдил Опиэль. В то время как вуду, грубая и механистическая магия, Теневой пес просветляет и затуманивает разум.

Я достал поддельные солнцезащитные очки и надел их на зомби.

Сами по себе очки не были заколдованы, но они служили не только для красоты. Это не фетиш, но они были якорем для моей магии, физическим предметом, который усиливал мое заклинание и закреплял его на месте. В данном случае они связали меня с зомби, когда я отошел в сторону, и подарили мне тьму, которая была нужна, чтобы буквально прикрыть глаза мертвеца.

Может, я и не смог бы незаметно проникнуть в мозг раба, но я точно мог контролировать, какие изображения попадут в его поле зрения.

Сделав это и убедившись, что задняя лестница свободна, я поднялся наверх и открыл дверь в квартиру, соседнюю с той, куда я направлялся.

Человек поднимается по ступенькам. Он заходит внутрь и скрывается из виду.

Внутреннее убранство штаб-квартиры "Сэйнтс" оказалось не совсем таким, как я ожидал. Трое подростков, самые младшие из всех, что я видел, сидели на обычном диване в обычной гостиной и играли в обычную видеоигру. В данном случае это был шутер от первого лица. Вот только игра была не такой уж обычной. Я понял, что отсутствовал довольно долго, но графическое оформление игры поразило меня до глубины души. Трое мальчишек повернулись ко мне, а я мог только пялиться на экран.

— Берегись гранаты, — предупредил я.

Они снова отвернулись к телевизору. Я был готов к драке, но вместо этого меня встретили с безразличием. Еще один плюс в пользу соломенной маски.