— Почему вы думаете, что народ эмиссара заслуживают большего доверия, чем союзники, которых мы уже заполучили?

— Потому что они — не фауна арены, — немедленно ответила она. — Сама их природа, как отдельных индивидов, так и групп, такова, что они не из хищников или завоевателей. Они — флора, если хотите, в сфере искусственной природы. Травоядные, сами леса — костяк экологии, которая делает арену возможной. Я подозреваю, что они — основа всей цивилизационной экологии Веги. Они не обладают самосознанием, в основном потому, что им это не требуется. Но они могут думать — или привлекать машины, чтобы те думали за них — и их достоинства заключаются в мире и торговле. Вот от какого союза отказались ваши предки; вместо этого вы выбрали союз с акулами, полагая, что сможете контролировать их аппетиты. Что же, у вас не выйдет. Те, кого вы принимаете за своих союзников, — это те самые, кто пытался проникнуть в Виргу. Давным-давно они заложили в стену мира монстров с приказом пробудиться и вторгаться, если поле Кандеса ослабнет. Несколько лет назад оно дрогнуло — всего на одну ночь. Хайден Гриффин, — она кивнула на его спящую фигуру, — был там. Он видел, как это произошло, и видел, каким образом это случилось: человек из страны ваших союзников манипулировал адмиралом Слипстрима, чтобы тот отключил поле. Его любовница, Обри Махаллан, была агентом того же народа, который послал к вам Холона.

В тот день ваши «друзья» показали свое истинное лицо. Но вы должны помнить, что когда-то, еще в самом начале, и другие предлагали себя в союзники. И теперь они возобновляют свое предложение, ко взаимной выгоде.

Страж встал. «Нам предстоит над этим поразмыслить», — сказал он. Когда страж разворачивался, Леаль увидела отблеск света на его плече, где к его форме крепился какой-то военный знак различия. Ей стало интересно, насколько высок его чин во Внутренней Страже.

— Как думаете, убедит он еще кого-нибудь? — размышлял Тарви.

Леаль улеглась под черным безоблачным небом.

— Там не меньше сотни авиаторов, и все время подходят новые. Юстас Лолл и коммодор, Холон и остальная Внутренняя Стража — все здесь. На сегодня мы свободны, Тарви. Но не думаю, что это протянется долго, а вы?

Он ничего не ответил, а она слишком устала, чтобы по этому поводу тревожиться. Несколько минут она смаковала своеобразное удовольствие от того, что кому-то дала урок истории. Пока она разговаривала с человеком из Внутренней Стражи, на краткий миг ей показалось, что она вернулась в университет и наставляет жаждущего знаний студента. Она ухватилась за это ощущение, как за страховочный канат, и, несмотря на жесткость земли и непривычное отсутствие чувства движения, уснула.

Леаль пробудилась от панических криков. Она села, моргая. Над головой просыпались солнца, но пока что они походили на множество красных, колеблющихся вдали на небе язычков пламени в лампах. Их свет озарял «пейзаж» странным бестеневым свечением, в котором оглядывать окружающее давалось гораздо легче, чем при полном дневном свете.

Авиаторы бежали за своими винтовками, выстраивались в неровные линии и целились в направлении чего-то — каких-то штуковин, что приближались по равнине. Леаль протерла глаза, толком не уверенная, что именно она видит. Она почувствовала на своем плече руку Тарви и услышала его слова: «Это еще что?».

Они были крупнее людей. Сначала она подумала, что они идут парами, вроде того, как зрячий ведет слепого. Потом поняла, что у этих созданий не по две, а по четыре ноги, и спереди — высокие шеи, увенчанные необычными удлиненными головами. Они то ли всемером, то ли вшестером вынырнули из лесочка и странной изящной поступью направлялись по траве к лагерю.

— Я иду, — произнес крошечный голосок у ног Леали.

Она посмотрела вниз на хлам-куколку, которая — руки в боки — наблюдала за странным видением. Куколка вывернула свое тельце, чтобы посмотреть на Леаль.

— Я весь тоже разбился, — сказала она.

Леаль тяжко вздохнула и понуро уселась на землю. Тарви озадаченно посмотрел на нее.

— Что случилось?

— Моя миссия, — устало сказала она. — Похоже, она еще не закончена.

Четвероногие создания были построены из кусков подобранных обломков крушений. Их форма напоминала что-то полузнакомое; Леаль уверилась, что видела подобное на каком-то древнем рисунке. Они доходили в высоту человеку до плеча и обладали широкими спинами. Приблизившись, они, видимо, приметили Леаль и рысью направились к ней. Абиссальские авиаторы пригнулись, наведя винтовки, и ждали приказов.

— Все в порядке! — крикнула Леаль. — Это друзья.

Авиаторы заворчали, и тут прибежал с раскрасневшимся лицом коммодор, поддергивая брюки.

Леаль повернулась к Тарви.

— Собирайте своих людей, — тихо проговорила она. — Это может оказаться самым удобным моментом, чтобы уйти.