— Все знают, в чем состоял Отказ, — сказал страж. — Наши основатели отказались допустить искусственную природу и ее… творения… внутрь Вирги. Они изобрели и включили защитное поле, которое использует Кандес, чтобы удерживать вовне высокие технологии. После они начали патрулировать мир, выискивая вторжения и нарушения неприкосновенности Вирги. С тех пор это стало нашей целью: оградить наш мир от нивелирующего и всепоглощающего воздействия И.П..

Она кивнула.

— То, что вы сейчас описали, как и большинство общепринятых историй, — отчасти правда. Но с вашей конкретной трактовкой всегда была, как кость в горле, одна беда, и она в том факте, что защитное поле Кандеса было включено за добрую сотню лет до Отказа.

Страж на это насмешливо хмыкнул, но не спешил подниматься и откланиваться. Леаль наклонила голову, отмечая его скептицизм, затем сказала:

— За мной, думаю, есть небольшое преимущество. Жизнь в Абиссе, я имею в виду. Наша нация — древняя, и у нас имеются некоторые записи, которых нет у других наций и библиотек. Собственно говоря, у меня есть веские основания полагать, что это именно в Сьере — или в городе, который предшествовал ему — произошел Великий Отказ. Поэтому я снова спрашиваю вас: от чего в точности отказались?

Тарви хлопнул по земле:

— От этого союза? Того, который хочет заключить с нами эмиссар?

Леаль кивнула:

— Нам уже делали такое предложение раньше. И в прошлый раз наш народ выбрал союз с теми существами с арены, которые более всего походили на нас. Это были общества, состоящие из личностей с самосознанием, в основном человекообразных. Близкий нам человеческий род. Даже сегодня они поддерживают «туристическую станцию» на краю Вирги, и вы торгуете с ними, а некоторые стражи путешествуют между их мирами, так?

Страж кивнул.

— Но в Отказе участвовала и другая фракция, — сказала Леаль. — Мужчины и женщины Вирги, которые понимали, что, хотя чужеземные гуманоиды могут выглядеть как мы и даже думать как мы, это не значит, что они преследуют наши интересы. Эти люди выступали за другой союз, союз с существами, которые чрезвычайно отличались от нас, но чьи интересы совпадали с нашими. Существа, которые хотели потеснить искусственную природу из своих собственных миров, создать независимые от нее экологии и цивилизации. Пузырьки самобытности — вот чего они хотели, как и мы. Потому что Вирга — единственное известное нам место во Вселенной, которое полностью свободно от И.П..

Страж нахмурился и потер подбородок.

— Ну, может быть, вы сумеете мне кое на что ответить, — сказал он. — Если искусственная природа находится на технологическом максимуме — может генерировать любые мыслимые устройства или системы — то почему уникален Кандес?

— Потому что И.П. — это мета-технология: она не может создать технологию, превосходящую ее саму. — Она задумалась о том, что же видела и о чем ей рассказывали с тех пор, как она покинула Виргу — детали, которые она с трудом понимала или могла выразить в словах. — Как только… — начала она, — как только у вас появляется точная физическая модель и достаточно скорые вычислительные агрегаты, вы можете использовать естественный отбор для эволюции конструкций и стратегий в том, что эмиссар назвал «виртуальной средой». Этот процесс быстрее и эффективнее, чем то, что мы называем мышлением… и как только вы получаете технологию, вам не нужно ничего знать о том, как она работает. Вы просто ею пользуетесь.

— Но вычислительные агрегаты И.П. не работают внутри Вирги, и ее люди не знают, отчего.

— Вне Вирги все равны, — сказала она. — Все находятся на технологическом максимуме: все одинаково способны эволюционно развивать новые устройства, потому что у всех одна и та же, совершенная физическая модель. Коль скоро у вас имеется эта модель и достаточно быстродействующие вычислительные мощности, никто во Вселенной не сможет завести себе машину, которую вы не сможете скопировать. Вы просто выводите ее селекцией, и в конце концов как результат выскакивает ее конструкция. Так что повсюду во Вселенной имеет место технологический тупик, — сказала Леаль. — Повсюду, но не здесь. Потому что никто не может дублировать Кандес. Люди, создавшие Кандес, не получили его эволюцией, а придумали его, и они использовали физическую модель, более полную, чем та, что есть у всех остальных.

Страж медленно кивнул.

— И все хотят ее получить.

— Вы так и не поделились ею со своими союзниками-людьми, но я готова поспорить, что они на вас оказывали все мыслимое давление, чтобы ее получить. — (Он склонил голову в знак согласия.) — Технология Кандеса — это штука, меняющая правила игры для всей арены, — продолжала она, — и для всей огромной экологии Веги. Может быть, для всей галактики, мы не знаем. Наукой больше нигде не занимаются, потому что И.П. давно сделала ее ненужной. Ирония здесь в том, что наука И.П. остановилась как раз чуть не доходя до открытия последнего принципа, который здесь был открыт. Искусственная природа настолько повально контролирует все, что не существует свободных зон, где мог бы состояться перезапуск науки. И.П. ограничила саму себя, поэтому они вынуждены воровать. У нас.

Страж поразмыслил над этим. Наконец он сказал: