– В моих снах медальон возвращает меня в мое время, – он ерзает и чешет щеку.

– И я, э-э, думаю, что это то, что мне нужно сделать. Убедиться, что Корделия и Зоримут действительно мертвы, и уладить дела в Уайлдерхэмптоне.

– Уладить дела? Я не понимаю.

– Ты сделаешь это, – он встает. – Мне нужно идти.

– Прямо сейчас, сию секунду, – я вскакиваю, яростно мотая головой. – Нет, ты не можешь, пожалуйста. Что, если пути назад нет?

– Я должен быть уверен, что о тебе позаботятся, чтобы со мной ни случилось, – он сжимает мои руки. – Пожалуйста, пойми, Кайли, я не хочу расставаться с тобой. Но я не могу оставить прошлое без внимания.

– Возьми меня с собой.

– Мне нужно знать, что ты в безопасности, здесь, в твоем собственном времени. Пожалуйста, поверь мне, я не хочу покидать тебя, и я переверну небо и землю, чтобы вернуться к тебе. Но мне нужно это сделать.

У меня защипало в глазах, и я знаю, что в любую секунду расплачусь. Я опускаю голову, чтобы он не увидел моих слез. У меня также перехватывает горло, и я чувствую легкую тошноту.

Он касается кончиком пальца нижней части моего подбородка и приподнимает его, пока я не вынуждена посмотреть на него.

– Я вернусь к тебе, клянусь. Но я понятия не имею, сколько времени это может занять, смогу ли я вернуться к этому моменту или пройдет еще какое-то время, прежде чем я снова найду тебя.

Я киваю, а слезы текут по моим щекам.

Натаниэль заключает меня в объятия и целует в лоб. Он обнимает меня на мгновение, затем отступает.

Я вытираю глаза, выпрямляюсь и протягиваю ему медальон.

– Делай, что должен. Я буду ждать столько, сколько потребуется.

Он сжимает медальон в кулаке и исчезает.

И я плакала почти три дня. Потом смирилась и вернулась к своей обычной жизни, насколько это было в моих силах, когда мужчина, которого я любила, исчез в прошлом. Да, я поняла, что люблю его, через наносекунду после того, как он исчез. Он даже не знает, что я чувствую.

Две недели спустя я беру напрокат квадроцикл и возвращаюсь в Скалу Гнева, но не останавливаюсь на достигнутом. Я выезжаю на холм Кевиташ и, взяв фонарь на батарейках, спускаюсь по потайному ходу в пещеру, где мы с Натаниэлем впервые занимались любовью. Его здесь, конечно, нет. Я ставлю фонарь на землю и подхожу к рисункам.

– Я все гадал, сколько времени тебе понадобится, чтобы прийти сюда, – голос знакомый, но это не Натаниэль. Я поворачиваюсь к старому шаману. Он ковыляет ближе, сжимая трость. – Ты испытываешь глубокую печаль. Я чувствую ее в тебе, но надежда есть.

– Ты хочешь сказать, что Натаниэль вернется?

– Я пришел не для того, чтобы делать пророчества, дорогая, – он придвигается еще ближе и протягивает руку, чтобы пожать мою. – Ты не последний потомок Эросабель, но это ты, разрушила проклятие и освободила волка. Он больше не тот, кем был, но он стал тем, кем должен быть.

– Что это значит?

– Ты увидишь.

Он подходит к стене, поднимает костлявый палец и проводит по линиям на рисунках.

– Я сделал то, что велела мне Эросабель, и пришло время мне отправиться в мир духов. Я ждал этого дня тысячу лет, – он улыбается мне. – Спасибо, дорогая. Ты освободила также и меня. Будь здорова и не бойся за будущее.

Он исчезает, и его одежда опускается на пол. Трость падает рядом с вещами.

Рисунки тоже исчезают.

Я даже не пытаюсь понять, что произошло.

Два месяца спустя после его ухода я получаю новость, которая укрепляет мою решимость ждать Натаниэля сколько потребуется. Что мне еще остается? Нас связывает столько всего, что никто другой не сможет заменить его и заполнить эту пустоту.

Месяцы сменяют друг друга, а я все жду, когда Натаниэль вернется. Он обещал найти способ, и я верю в него больше, чем в кого-либо другого в этом мире, в любой реальности. Его отсутствие оставляет в моей душе рану, которая не заживет, пока он не вернется ко мне. Возможно, я не страдаю каждую секунду, но я постоянно думаю о нем. Думаю, молюсь и мечтаю.

Не успела я оглянуться, как получила степень магистра. Но вместо того, чтобы стать орнитологом, я устроилась гидом в город-призрак Скала Гнева, в основном потому, что у меня возникло странное предчувствие, что, когда Натаниэль вернется, он окажется здесь. Людям нравятся мои небылицы о ковбое британце и городе, в котором он навел порядок. Это только часть вымысла. Большую часть я описала из воспоминаний о Натаниэле и банде из пустоши. Мои подруги и родители, наверное, думают, что я сумасшедшая, но все равно поддерживают меня. Да, я рассказала родителям о своем приключении в прошлом. Не знаю, поверили ли они в это на сто процентов, но они знают, что я не лгу и не сумасшедшая.

В первую годовщину того дня, когда я перенеслась в прошлое, я сижу на ступеньках салуна и наблюдаю за проходящими мимо туристами.

Из-за платной конюшни появляется фигура и неторопливо направляется ко мне.