— Черт, — прошипел он, проводя рукой по волосам. — Идем. — Он повел меня через улицу в переулок, постоянно оглядываясь.

Я все еще чувствовала руки того мужчины на себе. Я не могла это придумать. Не могло быть такого. Что этот ублюдок пытался сделать, напугать меня? Послать предупреждение о том, что он на острове? Я вздохнула с облегчением, когда увидела джип, но Мэддокс оставался напряженным, почти вталкивая меня на пассажирское сиденье.

Он перепрыгнул через капот машины и сел за руль, а через несколько секунд завел двигатель. Мэддокс рванул с места с таким ускорением, что взвизгнули шины. Когда он вытащил оружие и положил его себе на колени, я снова напряглась.

— Он здесь?

— Я не знаю, Зои. Но мне нужно сделать несколько телефонных звонков и выяснить это. Возможно, нам придется быстро покинуть остров.

— И куда мы отправимся?

Он выдохнул, сжимая руль.

— Пока не уверен.

Я вжалась в сиденье, борясь с парализующим страхом.

Каждые несколько секунд Мэддокс поглядывал в зеркало заднего вида, что заставляло меня нервничать еще больше. Теперь мне не терпелось поскорее оказаться в безопасности и неприкосновенности своего дома. Его дома.

В раю.

Когда через несколько секунд он притормозил, я посмотрела в лобовое стекло. Кто-то в темной одежде быстро шел по тротуару, постоянно оглядываясь через плечо. По крайней мере, мне казалось, что это был мужчина. Тот факт, что на нем была толстовка с капюшоном, когда на улице было по меньшей мере девяносто градусов (прим. 32 градуса Цельсия), не позволил мне подтвердить мои подозрения или успокоить нервы.

Мэддокс переключил передачу на пятую, бросив на меня один из своих печально известных взглядов, который кричал, что мне нужно сохранять спокойствие и держаться изо всех сил.

Я схватилась за приборную панель одной рукой, за край сиденья — другой, делая неглубокие вдохи, пока он мчался по улице.

Ветер хлестал сквозь открытую крышу, толпы людей высыпали на улицу, что делало практически невозможным продвижение вперед.

— Что ты делаешь? — наконец спросила я.

— Выясняю, с чем, черт возьми, мы имеем дело.

— А что, если он ничего не значит?

— Есть только один способ выяснить это, Зои. Просто держись крепче.

Мэддокс продолжал мчаться по улицам, пока, наконец, не выехал за пределы города. Я была потрясена, что этот человек добился такого прогресса, проталкиваясь сквозь толпу людей на тротуарах.

Не было никаких сомнений, что он от чего-то или от кого-то убегал. Я не могла дышать от страха, который не давал мне покоя. А что, если нас найдут? Легко ли нам будет выбраться с острова? Куда мы направимся? Я никак не могла собраться с мыслями и все время оглядывалась на Мэддокса.

Внезапно он прибавил скорость и помчался на желтый сигнал светофора, глядя поверх моего плеча на тротуар.

Человек, который бежал, был совсем рядом и пытался пробраться через завалы строительного мусора. Зарычав, Мэддокс дернул руль вправо, ударил по тормозам, затем переключил передачу на паркинг.

— Оставайся здесь. И я имею в виду прямо здесь. — Он выскочил из машины прежде, чем я успела что-либо сказать, держа оружие обеими руками.

Словно в замедленной съемке, я наблюдала, как он прижал человека к старой кирпичной стене какого-то жилого дома, ударив его об стену три раза подряд, прежде чем сорвать капюшон с его лица.

Человек, пытавшийся сбежать, был мужчиной, но ему не могло быть больше шестнадцати или семнадцати. Я поняла, что он прижимал что-то к груди, но выронил это после того, как Мэддокс набросился на него.

— Что за хуйня? — воскликнул Мэддокс. — Кто ты такой?

Парень был явно напуган, он несколько раз покачал головой. Мэддокс продолжал обыскивать его одной рукой, в то время как другой держал оружие на виду.

— Кто ты?

Когда молодой парень заговорил, это было на непонятном мне языке. Секундой позже я поняла, что это было на русском, на котором Мэддокс говорил бегло. Я не была уверена, чувствовать ли мне облегчение или еще больший ужас, чем раньше. Может быть, я действительно поддалась приступу безумия, вообразив, что там был человек, который угрожал мне.

Они продолжали разговаривать, а я не могла избавиться от неприятных ощущений, постоянно переводя взгляд с одной стороны улицы на другую. Что, если я ошибаласьак? Что, если… Смех мужчины проник в мой мозг, и я закрыла уши руками.

Мэддокс наконец засунул оружие за спину, кивая на парня, прежде чем отправиться обратно к джипу. Я уставилась на него, когда он прыгнул внутрь, качая головой.

— Что? — потребовал ответа он.

— Ты напал на этого ребенка.

— Он бежал.

— Ну и что? Дети бегают. Они вечно торопятся.

Он завел двигатель, его улыбка вернулась.

— Может и так, но этот парень также украл довольно дорогостоящие препараты из аптеки.

— И ты позволил ему уйти?

Пожав плечами, Мэддокс нажал ногой на газ.

— Он нуждается в них для его больной матери.