Я оставался в тени после того, как больше недели следил за ней, наблюдая, как она выступала в месте, которое я считал захудалым клубом в западной части города. Приключение, далекое как от правил ее жизни, так и от ее статуса принцессы одной из самых могущественных мафиозных семей в Соединенных Штатах. Это был секрет, который она скрывала от своего отца. Я был в этом уверен. И кто я такой, чтобы вмешиваться? В конце концов, она была женщиной.

Черт.

Мысль о том, что я снова увижу милую, невинную и ранимую Зои, была как удар кинжала в сердце. Вздохнув, я потер челюсть, осознав, что она так же напряжена, как и моя грудь.

От одной мысли о ней у меня заныл член, а яйца напряглись. Этого не случится. Точка.

В каждом бизнесе существовали свои правила, и те, что были в организации Тибодо, были жестокими, но справедливыми. Однако среди друзей существует этический кодекс, который не нужно записывать или разъяснять. Ты не должен допускать дурных мыслей о дочери своего босса и лучшего друга. К сожалению, я всю свою жизнь нарушал правила.

Зачем же останавливаться сейчас?

Потому что Арман, блядь, убьет меня.

— Что-нибудь еще? — спросил я, барабаня пальцами по рулю. Несмотря на то, что окна моего «Чарджера» были закрыты, я все равно слышал грохот бас-барабанов от громкой музыки, которую слушал этот мудак. Как, черт возьми, ее соседи могли терпеть это дерьмо? Отлично. Теперь я демонстрировал то, что Зои часто называла моим преклонным возрастом.

— Она обожает шампанское «Кристал». Мы его не подаем. Почему бы тебе не купить ей бутылку.

— Ты позволяешь ей пить? Я в шоке.

— Да ла-а-адно тебе. Она уже много лет живет одна. Она уже взрослая, и продолжает выставлять это на показ прямо у меня перед носом.

Именно. Он не должен был напоминать мне об этом. После возвращения из Нью-Йорка я делал все возможное, чтобы не думать о ее потрясающем лице и роскошном теле. Это включало в себя часы, проведенные в спортзале, где я тягал железо и занимался боксом, пока усталость не сказывалась на работе моих мышц. Черт возьми, я даже сделала еще одну татуировку. И все же жуткие фантазии остались, поселившись в моем сознании вместе с видениями толстой веревки, готовой вот-вот обернуться вокруг моей шеи. Нахуй.

— Буду рад это сделать. Кстати, я нашел Болвана с его подружкой, — сказал я ему, пытаясь вернуть разговор к делу. Мы привыкли называть так тупого итальянца с тех пор, как ему дали второй шанс после того, как он провалил заказ меньше года назад.

На данный момент лучше всего сосредоточиться на текущих делах.

— Мужик, вот почему я послал тебя разобраться с этим.

— Не лги себе, приятель. Ты послал меня, потому что твоя милая жена надрала бы тебе задницу и отправила пинком в Техас, если бы ты не помог ей с заключительной подготовкой для вечеринки.

Арман застонал, и все, что я мог сделать, это улыбнуться.

— Ладно, хорошо. Ты прав.

Если бы кто-нибудь сказал мне, что великолепная женщина может так крепко обвести безжалостного, дикого мужчину вокруг своего мизинца, что все, что ей нужно сделать, это бросить на него пылкий взгляд, и он будет прыгать по ее команде, то это был бы призыв к кровавой битве. Но Рэйвен сумела смягчить этого парня, а его маленький сын подлил масла в семейный очаг.

Я не мог допустить, чтобы такое случилось в моей жизни. Я был инфорсером, человеком, который поддерживал мир в городе, полном демонов и ведьм. Моя репутация свидетельствовала о том, что я обязан как минимум владеть черной магией. Кто я такой, чтобы менять ход мыслей наших врагов?

— Неужели ты еще не понял, что я всегда прав?

Арман рассмеялся.

— Веди дела так, как считаешь нужным, но не опаздывай, иначе Рэйвен с тебя шкуру спустит. И розы — это важно.

— Перестань волноваться. Буду как штык.

— Да, да.

Я закончил разговор и сунул телефон в карман пиджака. Хотя я уверен, что Рэйвен отчитает меня за то, что я надел черное на праздничную вечеринку по случаю окончания колледжа, это был костюм того же цвета, который я всегда надевал, когда занимался делами, и который соответствовал термину «Консильери» и другому прозвищу, которое шептали в темноте.

Бугимен снова в деле. Может быть, капелька насилия успокоит дикого зверя внутри. В любом случае, попробовать стоит.

За много лет до этого я получил прозвище «кошмар», потому что обычно нападал посреди ночи, появляясь из тени и убивая своих жертв, не задумываясь ни на секунду. Я наслаждался заслуженной репутацией и ужасом, который вселял в сердца наших врагов. Покров тьмы защищал меня все эти годы, и никто не посмел бы пойти против меня. Я посмотрел на угасающий свет в небе и вздохнул. Сегодняшний день стал исключением только потому, что вечеринка проходила ранним вечером, что позволило Зои устроиться после прибытия ее рейса из Нью-Йорка.