Он хорошо справлялся с углами. Со всей дотошностью. Было странно, как легко мы общались. Он дразнил меня и бросал в меня ленты. Критиковал мои углы по сравнению с его. Покачал головой над моим ненадлежащим использованием достаточного количества скотча. В свою очередь, я назвала его педантичным, что заставило его рассмеяться, сообщила ему, что количество скотча, которое он использовал, сделало подарки достойными Форт-Нокса, и сказала ему, что его навыки закручивания лент отстойные. Он брал подарки, сравнивал их, затем соглашался и объявлял, что мы с ним отличная команда. Постепенно, с течением времени, куча подарков исчезала, и я сортировала их по пакетам, добавляя корзинки, печенье и конфеты. Я убедилась, что серьги для женщин и купленный им браслет были в отдельном пакете, и положила его в один из больших, показав Шейну, где они находятся.

Взглянув на часы, я с удивлением обнаружила, что уже одиннадцать. Мой обычный одинокий вечер не только пролетел незаметно, но и стал самым приятным за долгое время.

— Как долго ты здесь живешь?

— Большую часть своей жизни.

— Ты жила здесь? В магазине?

— Не в этом. В другом.

Шейн встал и потянулся.

— А что наверху?

— Моя студия.

Он протянул руку.

— Покажешь мне?

Я провела его наверх, и он прошелся по комнате, осматриваясь по сторонам. Он хмыкнул, глядя на несколько витражей, над которыми я работала, понюхал новые лосьоны для ванны, которые я смешивала, а затем остановился у моего нового рабочего места.

— Делаешь украшения?

— Учусь.

Он поднял кожаный браслет, который я украсила серебром.

— Выглядит потрясающе. Просто вау.

— Это незавершенная работа, — я подошла ближе и застегнула браслет на его запястье. — Здесь есть дефект. Видишь? — я показала на него. — Вот тут. Я еще не до конца освоила эту технику.

— Иногда именно дефекты делают вещь идеальной, Кэлли, — прошептал он.

— Возможно.

Он потянул руку, чтобы расстегнуть застежку, но я остановила его.

— Нет. Я… я хочу, чтобы он остался у тебя.

— Правда?

— Да. Спасибо, что провел со мной Рождественский вечер, Шейн.

Его глаза снова потемнели, и, не дав мне его остановить, протянул руку, притянув меня к себе. Его запах окутал меня, и я оказалась в его объятиях. Я прижалась лбом к его подбородку, а его руки полностью обхватили меня.

— Спасибо, Кэлли. За все.

Он отступил на шаг, но не выпустил меня из объятий.

— Почему ты одна? Почему в Рождество тебя не окружают семья и друзья?

Я грустно улыбнулась.

— Мои родители развелись, когда я была маленькой. Мама ушла от нас, когда мне было девять. Она устала от жизни в маленьком городке и от того, что была женой лавочника, как она называла отца. Он управлял универсальным магазином в городе, его родители управляли им до него. Ему нравилось жить в маленьком городке, где он знал всех, а все знали его.

Он кивнул, давая понять, чтобы я продолжала.

— Мой отец был довольно беспомощным в быту, поэтому я научилась готовить, заниматься домашними делами и ухаживать за ним. После школы и по выходным я помогала в магазине.

— Он так и не женился во второй раз?

— Нет. Думаю, он так и не смог забыть мою маму. Мы больше ничего о ней не слышали, но я думаю, он всегда надеялся, что она вернется.

— Похоже, тебе довольно быстро пришлось повзрослеть.

— Наверное. В любом случае, я ходила в школу, закончила ее, а потом поступила в колледж. Я хотела стать учителем. Я любила детей. Я любила учить.

— Я знаю, каково это, — он улыбнулся.

— Однажды мне позвонили. Произошел пожар, и мой отец пострадал. Я сразу же вернулась домой. Он был в больнице. Стресс от пожара был слишком сильным, и у него случился сердечный приступ, — я сделала паузу, пытаясь успокоиться. — Он так и не оправился. Я ухаживала за ним в течение следующих нескольких лет, пока он не умер.

Он взял меня за руку.

— Кэлли, мне так жаль.

Я молчала, погрузившись в воспоминания.

— Магазин сгорел дотла. От него буквально ничего не осталось, кроме пепла. Страховка покрыла стоимость здания, и я оставила себе землю, но потратила деньги на уход за отцом, — я вздохнула. — Когда он умер, я продала землю. Универсальный магазин больше был не нужен. Люди ездили в соседние большие города, чтобы купить то, что им необходимо, по более выгодной цене. Папа едва сводил концы с концами, и это было самым разумным решением.

— А это место?

— Пока он болел, мне нужно было чем-то заниматься. Я начала делать мыло и витражи и продавала их на небольших ярмарках и рынках. Мне это очень нравилось.

— У тебя очень хорошо получается.