Я едва шевельнула губами, пытаясь что-то спросить, но в этот момент раздался громкий, уверенный голос Главного жреца.

- Метка подлинная, - возвестил он. – Мелина Лоуренс-Альверийская - истинная наследного принца Альверии, белого дракона, Реймонда Никхард Альверийского.

По залу пронесся такой шум, что уши заложило. А я выдохнула. Проверка пройдена. Только как?

Я посмотрела на валявшийся на полу перстень. Он все также лежал у ног Императора. Неужели украшение могло сработать на расстоянии?

Затем я перевела взгляд на свою метку и ахнула. Она стала исчезать. Линии рисунка прямо на моих глазах потускнели и растворились, словно их никогда не было.

Как так?

Ко мне подбежал Реймонд. Принц не сказал ни слова. Просто обхватил меня, аккуратно прижимая к себе. Красивый спектакль, чтобы все убедились, как дракон рад, что «его истинная» в безопасности.

Я убрала ладонь так, чтобы не было видно отсутствие рисунка. Но муж все равно заметил и вопросительно посмотрел на меня.

- Перстень упал, - прошептала я, чтобы слышал только он.

На долю секунды я замолчала. Реймонд казался удивленным, значит – он не знал, что украшения на мне не было. Почему тогда рисунок не пропал сразу, почему он реагировал во время проверки?

Что ж, это я попробую осторожно выяснить позже у Калеба. А пока…

- Только что, - добавила я. – Когда я потеряла сознание.

- Это не отменяет того, что Мелина – предательница, - послышался где-то громкий голос Лианны.

Кто-то из гранвеллцев ее поддержал. В Храме раздались крики.

Мой муж нахмурился и, похоже, разозлился. Почему-то мне показалось, что не на наших союзников. На меня, в очередной раз. Теперь из-за того, что я потеряла перстень.

Реймонд поднял руку, и в его ладонь полетело упавшее украшение. Только дракон надел его на меня, как фальшивая метка вновь проявилась.

- Я же предупреждал, - прорычал принц мне на ухо. – Без него тебя бы сейчас разорвали.

То есть проверка должна была провалиться? Мой муж не предусмотрел вариант, при котором я окажусь без перстня?

Глава 9: Клеймо

Мелина Лоуренс

Я попыталась отстраниться, но принц не отпустил. Муж держал меня так крепко, будто хотел раздавить. Или напомнить о том, что я принадлежу ему.

Хотя, конечно, всем присутствующим такое поведение Реймонда говорило о другом - дракон дорожит своей истинной.

Вокруг нас все гремело - крики, шум, возмущенные голоса. Люди спорили, пытались перекричать друг друга, обвиняли, требовали.

Один из гранвеллцев выскочил на возвышенность. Его лицо было перекошено от ярости, руки дрожали.

- Фаргарийская шавка может быть чьей угодно истинной, - выкрикнул этот человек. – Мы требуем, чтобы шлюху с меткой казнили. Ее можно отправить в кому, тогда белый дракон не умрет.

Реймонд повернул голову - медленно, молча. В ту же секунду гранвеллец, потребовавший меня убить, загорелся. Он закричал, но предсмертный вопль оборвался едва ли не мгновенно.

Пламя погасло, и от мужчины не осталось ничего, кроме пепла на полу.

В Храме наступила тишина. Место, где только что кричали сотни людей, теперь утонуло в абсолютном, ледяном молчании.

Люди замерли. Они только смотрели на пепел, на меня, на Реймонда.

Мой муж был совершенно спокоен. В его глазах было равнодушие, словно сейчас не погиб человек. Словно принц никого не убил.

Наконец белый дракон выпустил меня из объятий, но взял за руку. Крепко, хотя я не собиралась вырываться.

Он развернулся к зрителям, медленно окинул их взглядом.

- Мелина – моя жена, моя истинная. В этом больше ни у кого нет и не может быть сомнений, - холодно произнес Реймонд. – Оскорбить ее – значит оскорбить меня.

Он кивнул в сторону кучки пепла.

- Такая участь постигнет каждого, - сообщил мой муж. – Каждого, кто об этом забудет.

Он говорил, будто защищая меня. Но я знала – нет, не меня. Это про него. Про его власть. Его собственность. Его территорию.

- Никто не думал оскорблять вас, - сказал сын Аарона, тоже поднявшись к алтарю. – Однако, доказательства предательства и работы на Фаргар…

- А это уже вас не касается, - раздался голос Теодора, молчавшего до этого.

Все, как по команде, повернули голову к нашему Императору.

- Гранвелл имел право участвовать в проверке, поскольку именно из-за Мелины был разорван наш договор, - подойдя ближе к сыну, продолжил Теодор. – Но мы убедились, что метка подлинная. Предательство и все остальное – внутренние дела Альверии.

Я невольно посмотрела на Лианну. Она фыркнула, развернулась и направилась в сторону выхода, отталкивая стоявших рядом людей.

Также поступили несколько других гранвеллцев.

- Однако, мы просим наших союзников задержаться, - вдруг произнес Реймонд.

Все остановились и вновь удивленно посмотрели на него.