Колёса пошли по ещё более неровной земле. На серии бугров, а может, камней, меня швыряло по багажнику.

Теперь я понял: двое впереди — профессионалы.

А значит, у меня есть шанс.

Любители не продумывают всё до конца. Могут пытаться, но убить человека и спрятать тело — одно из немногих занятий, которому учатся только на практике. Руководства нет, а те, кого ловят, уже не могут применить уроки собственных ошибок.

Спустя несколько минут тряски машина остановилась.

Двигатель заглох.

Открылись две двери.

Передняя подвеска поднялась: оба вышли.

Двери захлопнулись.

Шагов не слышно.

Под ногами у них земля или трава.

Не твёрдый асфальт.

Я закрыл глаза и замер.

Багажник открыли.

Даже сквозь закрытые веки я ощутил свет одного или двух фонарей, направленных мне прямо в лицо.

— Вылезай, — произнёс мужской голос. Немолодой, с акцентом не из Нью-Йорка. Что-то знакомое. Южная Африка?

Деккер. Без сомнения, профессионал.

Я не двигался. Выждал несколько секунд.

Выстрелов не последовало.

Значит, его напарник тоже опытный убийца.

Любители не рискуют. Побоялись бы, что я попытаюсь выхватить оружие или убежать, и пристрелили бы меня прямо в багажнике. Надёжнее. Не сбегу. Но после этого у них возникла бы другая задача: снова хватать меня руками, вытаскивать тело на землю и тащить окровавленного к месту захоронения.

Любители носят трупы.

Профессионалы заставляют будущие трупы самим дойти до могилы.

— Вылезай, или прострелю колено, — повторил голос. Несомненно, Деккер.

Я моргнул, поднял ладонь перед лицом, заслоняясь от света.

Не помогло. Ничего не видно, чёрт возьми.

С трудом сел. Меня снова замутило. По голове ударили сильнее, чем я думал; вероятно, лёгкое сотрясение. А ведь в ближайшие минуты нужно сообразить, как избежать пули. Я встал на колени, перекинул левую ногу через край багажника, нащупал землю, повернулся и вытащил вторую ногу, словно слезал с велосипеда.

Фары машины оставили включёнными. Вокруг стоял густой лес, высокие деревья тянулись к небу. Справа через лес шла грунтовая колея. Едва различимая, но она была. Мужчин за светом фонарей я не видел. Один луч находился ниже другого — наверное, его держал человек невысокого роста. Второй, гораздо более крупный, должен был быть Деккер.

— Повернись. Иди прямо мимо машины. Не беги, пожалеешь, — сказал он.

Меня тошнило. Стоять прямо не получалось, пришлось опереться о машину. Голова горела. Я огляделся, надеясь увидеть вдали огни какого-нибудь населённого пункта. Но не увидел ничего. Только чёрный лес. Даже звуков не было: ни птиц, ни летучих мышей, ни зверей. Даже ветра.

Мёртвая зона посреди леса. И где угодно: я не знал, сколько пролежал в багажнике. Мы могли оказаться в Нью-Джерси, на севере штата, в Род-Айленде или Вирджинии.

Я взглянул на машину.

Тёмно-синяя «Хонда». От такой легко избавиться.

— Необязательно заканчивать этим, — сказал я. — Должен быть способ договориться.

— С тобой покончено. Можешь выбрать только между долгой мучительной смертью и быстрой лёгкой. Делай, что говорю, и всё кончится быстро. Продолжишь болтать — пожалеешь, что ещё жив.

Я повернулся и пошёл вдоль машины, держась за неё для равновесия. Далеко впереди ничего не различить. Лучи фонарей за моей спиной отбрасывали длинную тёмную тень за капот, между деревьев. Я заглянул через заднее боковое окно. На сиденье лежали кирка и лопата. Инструменты им понадобятся; ясно, что положить их ко мне в багажник они не захотели. Теперь достанут с заднего сиденья и понесут с собой.

В темноте без фонарей им не обойтись.

Деккер старший. В одной руке у него фонарь, в другой — пистолет. Тяжёлые инструменты он не потащит. Даже делить ношу не станет.

А вот его напарнику понадобятся и фонарь, и инструменты.

Значит, пистолет придётся убрать.

Я знал и то, что возле могилы они не бросят мне инструменты с приказом копать. Ошибка любителя. Даже с пистолетом в руках нельзя давать обречённому человеку оружие: он понимает, что его ждёт, и лопатой станет биться за жизнь.

Нет. Дойдём до места, и меня пристрелят. Я буду лежать тихо, пока они выкопают яму.

Всё говорило о том, что эти двое делали такое прежде. Их опыт давал мне кое-какие знания, которыми можно воспользоваться.

Я споткнулся, потерял равновесие и опустился на колено возле водительской двери.

Никто не придёт на помощь. Никто не сможет меня отследить. Похищения на улице никто не видел.

Я один. За спиной двое с пистолетами. Бежать некуда. Оружия нет.

Остаётся один ход.

Один шанс.

Скорее всего, он меня погубит.

Если сорвётся, они изменят план. Быстро пустят пулю в висок и дотащат тело до могилы. Не идеально, но безопаснее. По-профессиональному.

Я поднялся, двинулся вдоль машины и опёрся на боковое зеркало со стороны пассажира.

— Меня сейчас вырвет.