— Найдите его, — сказала судья и поднялась со своего места.

Мы все встали и проводили её взглядом. За ней вышли присяжные. Едва последний из них покинул зал, Райли достал телефон.

Мы с Гарри переглянулись.

Подумали об одном и том же.

— Ну, возможно, Ларкину сказали, что сегодня он не понадобится. Наверняка его вызвали на завтра, — сказал Гарри.

— В первый день процесса он был здесь. После нашей встречи в «Тако Белл» больше не появлялся, — ответил я.

— Сколько он получил от Деккера? — прошептал Гарри.

— Всего сто тысяч. Коп не станет исчезать из-за такой суммы.

— Может, потребовал ещё. Или рассказал им о вашем разговоре.

— Ни слова бы не сказал. Он отдал мне дневник, хотя мог этого не делать. Я не слишком давил. Он мог солгать. Возможно, какая-то часть его хотела поступить правильно. Либо они заплатили ему достаточно, чтобы исчезнуть, либо поняли, что он переметнулся, и убрали его.

— Если они убили копа, значит, уже в отчаянии, — сказал Гарри.

— Не знаю. Иногда мне кажется, что мир изменился. Законы и правила перестают действовать, если власть у тебя в руках. Всё меньше людей готовы отстаивать справедливость. Теперь можно застрелить человека на Пятой авеню и спокойно уйти. Как и было обещано.

— Мир, может, и изменился, но люди остались людьми. Всегда найдутся те, кто даст отпор и укажет на несправедливость.

— Нас всё меньше, — сказал я.

— За себя говори. После этого дела мне предстоит ещё много выпить. Умирать в ближайшее время не собираюсь.

— Ты опасный тип, Гарри.

— Бывшие жёны говорят то же самое. Ну, почти.

Райли закончил телефонный разговор и подошёл ко мне с мрачным лицом.

— Мы не можем найти детектива Ларкина.

— То есть потеряли его, — сказал я.

— Нет, он просто не отвечает на звонки.

— Кто-нибудь видел его после вчерашнего дня?

— Нет.

— Значит, потеряли. Впечатляющее достижение: в нём шесть футов три дюйма роста и четыреста фунтов веса. Вряд ли он закатился за диван.

— Мы его найдём. Пока у меня есть ещё один свидетель. Чтобы доставить его сюда, нужен час, но я вызову Патрика Вандерпула.

Глава 56

Эдди

В комнате для встреч с адвокатами Ванесса всё ещё промокала салфетками брюки и блузку.

— Прости за воду. Я мог предупредить, но тогда всё выглядело бы подстроенным.

— Понимаю. Кажется, присяжные уловили смысл.

— Рад, что ты тоже заметила. Если продолжим так же, есть шанс добиться оправдания. Но лишь при условии, что ты сделаешь то, о чём мы договорились. После показаний Патрика у обвинения останется один свидетель. Если его не найдут, думаю, судья продолжит процесс и разрешит прокуратуре вызвать детектива Ларкина позже. Мы возражать не станем. Ларкин — граната без чеки. Неизвестно, в кого полетят осколки. Возможно, он признал бы постороннее вмешательство в дело. А может, и нет. Всем было бы трудно и опасно. Просто помни наш разговор. Запомни ответ, который мы обсудили, и повтори его слово в слово.

Она кивнула.

— Я сделаю это. Не подведу тебя.

В комнату вошёл Гарри.

— Патрик Вандерпул здесь. Пора возвращаться в зал.

— Помни, Ванесса: содержание личных разговоров с мужем раскрывать нельзя. Как бы на тебя ни давили. Только тот ответ, о котором мы договорились.

— Я помню. Не волнуйся. Я... — Она замолчала, словно обдумывая решение. — Подожди, кое-что ещё. Не помню, говорила вам или нет. Наверное, сначала я его защищала. Боялась. Но вдали от него мне стало легче мыслить ясно. Думаю, незадолго до смерти Молли Патрик подарил ей что-то очень дорогое.

— Что именно?

— Бриллиантовый браслет из белого золота. Однажды утром, незадолго до годовщины свадьбы, я нашла его спрятанным в шкафчике с лекарствами. Подумала, он купил браслет мне. И промолчала. Но он так его и не подарил. На годовщину я получила сумочку, мы сходили в ресторан и театр. Он пытался загладить вину за отменённый праздник в доме в Хэмптонсе. Столько всего произошло, что я забыла о браслете. Не знаю, имеет ли он отношение к делу, но вчера вечером я вспомнила: Патрик спрашивал, не упоминала ли полиция браслет на допросе. Вновь не уверена, значит ли это что-то. Решила сказать вам, пока помню.

Мы с Гарри переглянулись.

— Среди вещей Молли Грин браслета нет, и...

— Я знаю: моя ДНК на её шкатулке. Но клянусь, я никогда не видела эту шкатулку и не прикасалась к ней.

— Почему ты не сказала раньше?

— Не знаю. Прости. Наверное, стоило, но, как я сказала, я не понимала, важно ли это. Я так боялась. Ты не представляешь, каково жить с...

Она не договорила и почесала правое предплечье там, где показывала нам шрамы от ожогов.

— Ладно, прости, — сказал я. — Могу спросить об этом. Но браслета у нас нет, предъявить его нельзя, и вопрос может обернуться против нас. Ты хочешь, чтобы я спросил?

Она кивнула.