У боярышни хватало своих недостатков, но я всё же признал:

— Не была. — И попросил: — Парни встанут, пусть меня подождут. Вместе в университет пойдём.

Деваха махнула рукой.

— Да они когда ещё встанут! За полночь угомонились только!

— Мало ли, — пожал я плечами и поднялся к себе за верхней одеждой, а после отправился в представительство школы Пылающего чертополоха.

К этому времени только-только начало светать, но малец, продававший на нашем углу газеты, уже приставал к ранним прохожим, беспрестанно выкрикивая:

— Помолвка дочери епископа и боярина из рода Пурпурного змея! Грандиозный приём! Помолвка дочери епископа!

Бульварный листок я покупать не стал, поспешил дальше. У чёрного хода встретил Ночемир, предупредил:

— К профессору со своим апогеем пока не приставай. Он сегодня сильно не в духе.

Скорее всего, настроение асессору испортила утренняя газета, но я не удержался от укола:

— Изжога замучила?

— Вроде того, — с кислой ухмылкой подтвердил Ночемир. — И вот ещё что, брат Шебутной: мы обязались помочь тебе в формировании абриса, за развитие ядра плати дополнительно.

— Кто бы сомневался! — буркнул я, тяжко вздохнул и спросил: — Сколько?

— Если без реагентов и ритуалов, то пять целковых за приём.

— А если с ними?

Ассистент профессора Чернояра пожал плечами.

— Возникнет нужда, тогда и посчитаем.

Но перво-наперво Дана приступила к выправлению незначительных отклонений от нормы моего абриса, балансировке духа и стабилизации нового узла, который за ночь начал рассасываться, чего с предыдущими не наблюдалось ни разу. Вернуть должную плотность силовой точке оказалось не так-то и просто — без посторонней помощи точно бы несколько часов провозился, а дальше пришлось заново ловить равновесие. Тягомотина та ещё.

Но зато с развитием ядра всё прошло быстро и беспроблемно: набрал в него талант небесной силы и продолжил тянуть в себя энергию, не останавливался до тех пор, пока сокращения призрачного сердца не сделались чрезмерно болезненными.

— Держи! — скомандовала Дана.

Если б не страховала магистр медицины, я бы точно начал понемногу стравливать небесную силу, дабы снизить риск непроизвольного преломления, ну а так напрягся, стиснул зубы, взялся терпеть. И — толчки, толчки, толчки!

Моя воля заперла энергию в ядре, но даже так расходившиеся по абрису отголоски силовых возмущений начали расшатывать узлы и в особенности — самый новый из них. Не удержу! Больно, аж слёзы на глазах навернулись!

Дана стабилизировала силовую точку в левом локте, и стало самую малость легче, но в любом случае продержался не более пяти минут.

— Не сцеживай небесную силу, используй атрибут! И чем медленней станешь его запитывать, тем лучше! — предупредила напоследок барышня и спешно отступила к выходу из комнаты, но я не задействовал обжигающую ауру, а вместо этого окутал кисти рук фиолетовым пламенем.

Особо жгучим оно больше не было, зато пережигало переполнявшую ядро энергию стабильно и неспешно. Справился!

Дальше вновь пришлось работать с абрисом, и назначенную в пять целковых плату я счёл не такой уж и высокой, но от душевного подъёма не осталось и следа, когда попавшийся в коридоре профессор Чернояр резко потребовал:

— Зайди!

Попавшийся? Черти драные, да он меня тут специально поджидал!

Речь лысый старикан собирался завести совершенно точно не о подобранном для меня апогее, и я не только воздвиг мысленные барьеры, но и приготовился полностью отгородить свой дух от внешних возмущений, прекрасно отдавая при этом себе отчёт в том, что асессору они помехой не станут.

— Закрой дверь! — потребовал профессор Чернояр, стоило только переступить через порог, а затем кинул на стол сегодняшнюю газету со статьёй о помолвке дочери епископа. — Знал об этом?

Притворяться смысла не было, вот и подтвердил:

— Разумеется.

— Разумеется! — оскалился лысый старик. — Разумеется! — Он зло уставился на меня. — И о том, что Чарослав преломился в пурпур, тоже знал?

Стены и все проёмы в них затянула плёнка непроглядной черноты, по спине забегали мурашки. Засосало под ложечкой, с болезненной остротой проявилась пустота в глубинах духа, захотелось ощутить колючий жар и тяжесть проклятого чертополоха, только нет его больше…

— Видел его вчера в резиденции епископа, — кивнул я, постаравшись уйти от прямого ответа. — Был пурпурным.

— Вот! — Чернояр поднялся из-за стола и упёрся в него руками. — А между тем ты немало получил за то, чтобы этого не произошло!

Меня так и подкинуло.

— Желаете пересмотреть условия нашей сделки?

— Я желаю знать, каким образом Чарослав выжег черноту!

— Не имею к этому никакого отношения! И я никому не рассказывал о нашем соглашении, не намекал на характер его условий, не советовал, каким образом следует проходить боярину преломление. Не мог из-за клятв и попросту этого не знал!