Моя верная Дана нашла малыша первой и попыталась убежать с ним от тех злобных мужиков. Я же подоспела чуть позже, когда они уже окружили горничную и мальчика у того домишка. Отчего-то мужики решили, что Дана его мать, раз так рьяно пытается оберечь его, и это было мне на руку. Ведь никому не следовало знать, что Мешаня мой. Мой любимый сынок.

Визуализация героев

Царевна Снежана

дочь царя Светозара, правителя Сибирии

.....

....

она со своим маленьким сыном,

Мечеславом (Мешаней), 2 года

Глава 3

Моя няня, старушка Верея, чуть позже лечила мою руку.

— Ну как же так, дитятко? Послезавтра твой жених приезжает, а у тебя руки разбиты.

— Надену перчатки. Они едва не схватили Мешаню, няня. Что я могла? Пришлось надавать им по наглым рожам.

Снежане, в теле который теперь я находилась, исполнилось уже двадцать один год. И вскоре она должна была выйти замуж за наследника Серебряного царства, княжича Братислава.

Няня только вздохнула в ответ, накладывая на мою тыльную сторону ладони мазь.

— Было глупо так убегать из дворца, Снежа, — раздался мелодичный голос от двери. — Да еще утаскивать с собой малыша Мечеслава.

Я обернулась. Царица Ярослава вошла в мою светлицу. Стройная, величавая и грациозная, она всегда была мне примером для подражания. Насколько я знала из воспоминаний прежней Снежаны, Ярослава двенадцать лет назад заменила мне матушку. И до сих пор опекала меня как родную дочь.

— Я хотела знать, отчего Мешаня такой, — ответила я. — И как можно научить его управлять своим оборотничеством в медведя.

Мешаней мы звали малыша между собой. Ласково. Это было его детское прозвище.

Верея начала уже обматывать мою кисть эластичной холщовой тряпицей, напоминавшей бинт из моего прежнего мира.

— Ты знаешь, отчего он такой, — тихо ответила Ярослава, подходя к нам.

— Знаю, — печально произнесла я, вздыхая.

— И, как я поняла, ведьма ничего нового не сказала тебе?

— Сказала, что надо не допускать его от страха. Когда он боится, то превращается в медведя.

— Ясно, — коротко ответила Ярослава. — Ладно хоть не узнал тебя никто на улицах.

— Не узнал, Яра. Как малыш? — спросила я.

— С Мечеславом все хорошо. Я сама уложила его спать. Оставила с ним Дану. Дала попить ему сонной травы, он проспит до утра. А то он метался по комнате как дикий, никак не мог успокоиться. Еле превратился обратно в человека.

— Благодарю, Яра. Ты очень добра, как всегда.

Мачеха подошла ближе и присела ко мне на лавку.

— Милая, пойми, ты должна быть осторожнее. Никто не должен узнать о том, что он твой сын. Понимаешь?

— Да.

Я понимала, если все узнают, что малыш Мешаня — не сын Даны, а мой, это будет позор на все царство. И никто и никогда не возьмет меня, опороченную царевну, замуж. Я должна была быть девственницей. Именно поэтому, два года назад, когда я родила мальчика, мачеха Ярослава устроила все так, чтобы все думали, что это сын Даны. У моей горничной был муж, который погиб в одном из сражений на востоке царства, и по срокам она вполне могла быть матерью Мешани.

Оттого наш обман удался. И о нем, кроме Даны, царицы Ярославы и Вереи, не знал никто. Даже мой отец, царь Светозар. Благо широкие расклешенные наряды царевны умело скрывали мое пикантное положение. За три месяца до родов Ярослава придумала хитроумный план. Мы с ней и Даной уехали в Динарию, якобы погостить у ее брата, царя Милослава. Но на самом деле последний месяц прожили в маленькой деревушке. Там я родила Мешаню. Выдали его за сына Даны. Она прекрасно заботилась о малыше и была под покровительством самой царицы Сибирии, моей мачехи.

А спустя полтора года, именно в то время, когда я попала в тело царевны Снежаны, выяснилось, что Мешаня — необычный малыш. Иногда по ночам он начал превращаться в белого медвежонка. Милого, небольшого, с шелковистой мохнатой шерсткой, но все же в медвежонка. И это вызвало у Ярославы и у меня ужас.

Старец Доброгляд, осмотрев мальчика (пришлось и ему открыть ту тайну), сказал, что малыш родился северахом — человеком очень редкой расы медведей-оборотней. Когда-то на просторах Торитарийской империи северахов было много, почти пять процентов населения. Но потом, из-за изменения климата они стали вырождаться и вымирать.

Сейчас в империи, да и в Сибирии, осталось очень мало северахов. Но и те были вне закона. Их ловили и сажали в темницы на вечное заточение — тех, кого могли поймать. Они считались опасными для простых жителей.

Тому виной был страшный случай. Десять лет назад в граде Льежене произошла трагедия: отряд северахов убил почти треть населения этого городка и все оттого, что северахам запретили посещать людные места и вести торговлю. После этого ужасного преступления мой отец, царь Светозар, под давлением боярской думы и советников был вынужден издать указ о заключении всех северахов под стражу до конца их жизни. Считалось, что они не могут контролировать свое оборотничество и темперамент и, когда находятся в облике медведя, нападают на всех и вся.

Глава 4