Студенты и преподаватели в нарядной одежде стояли группками, беседовали, пили и смеялись. Посреди зала оставили танцевальную площадку, где под томный ритм диджея уже тёрлась друг о друга, казалось, треть студентов.

— О, вон Эш и Ченс! — Мэл восторженно помахала им рукой, вцепившись в руку Аллена и подпрыгивая на чудовищно высоких каблуках.

Броди предложил мне свободную руку, той, что не держала Иэна. Я легко положила ладонь ему на локоть, и он повёл нас сквозь толпу к столу. Там ждали Ченс со спутницей — одной из тех восторженных первокурсниц, которых он очаровал гаданием на картах у озера. Рядом стояла Эш в безупречном чёрном костюме, сидевшем как влитой. А её спутница была… возможно, самой красивой девушкой из всех, кого я видела.

— Это что, юная Джессика Рэббит? — прошептал Иэн, не сводя глаз с пышнотелой рыжеволосой красавицы. Он выпустил руку Броди. — Мне необходимо познакомиться.

Броди умоляюще взглянул на меня. Таких щенячьих глаз я ещё не видела ни у одного кошачьего перевёртыша.

— Иди познакомься с красоткой, — засмеялась я, подталкивая его. — Я принесу нам выпить.

— Возьми кого-нибудь с собой! — крикнул он через плечо, спеша за Иэном.

Спасибо, обойдусь. Если я могла в одиночку патрулировать родные улицы в новолуние, то уж от стола до бара и обратно как-нибудь доберусь.

Из-за десятисантиметровых каблуков, которыми я вздумала себя мучить, путь на другой конец зала оказался труднее, чем ожидалось. Но вскоре в моих руках уже стояли три стаканчика пунша.

Пробираясь назад сквозь толпу, я едва не споткнулась, когда встретилась с пронзительным ореховым взглядом, которого неделями избегала — и по которому скучала.

Хит окинул меня глазами с головы до ног. На миг в них вспыхнуло золото, а скука на лице мгновенно сменилась яростью. Тёмно-серый костюм сидел идеально, точёный подбородок был гладко выбрит, песочные волосы уложены с нарочитой небрежностью. Безупречный, холёный Альфа.

Под руку его держала Фиби — безупречная принцесса перевёртышей в воздушном розовом платье. Бриллианты сияли в ушах, на шее и запястьях. Светлые волосы были уложены в сложную высокую причёску, открывавшую изящную длинную шею.

Моя зверица взревела от ярости. Я отвела взгляд от Хита, заморгала, прогоняя слепящие блики, и попыталась удержать подступившую к горлу желчь.

— О боже! — Фиби звонко рассмеялась. — Эйвери, мы чуть не столкнулись. — Она собственнически вцепилась в руку Хита и покровительственно поджала губы. — Ах, ты сегодня без кавалера? Бедняжка. В твоём возрасте непросто быть новенькой, но ты ведь и сама… — Она невинно похлопала длинными тёмными ресницами. — Сама себе усложняешь жизнь, верно?

Я изобразила недоумение и широко распахнула глаза. — Что ты имеешь в виду? Я даже мечи сегодня не взяла.

— Какое варварство, — фыркнула она, вздёрнув крошечный нос. — Даже происхождение от Альф не добавило тебе воспитания. По крайней мере, все уже поняли, что ты за грубая девчонка с городских улиц.

Подозреваю, под «всеми» она подразумевала исключительно мужчину, в чью руку вцепилась розовыми коготками.

Зверица рвалась наружу, и я не удержалась. — Наверное, ты права, Фиби. Куда мне до твоих утончённых стремлений: лечь под квад и позволить использовать себя как батарейку и инкубатор.

— Эйвери, — угрожающе прорычал Хит.

— Как будто хоть один достойный квад колледжа захотел бы тебя, — выплюнула оскорблённая Фиби. — Все знают: ты против воли Луны. Проклятая женщина.

Очаровательно. Фиби оказалась фанатичной сторонницей старых порядков. Я бросила взгляд на Хита и для забавы позволила зверице мелькнуть у себя в глазах. — Высший класс, Блэквелл.

Его волк принял вызов. В глазах вспыхнули золотые искры, а в груди раздалось низкое опасное рычание. — Иди своей дорогой, Эйвери. До конца вечера не разговаривай ни со мной, ни с моей спутницей.

Он увёл Фиби. Она победно мне усмехнулась, хотя у меня было скверное чувство, что в этом разговоре никто не победил.

С тремя стаканчиками в руках я побрела к нашему столу мимо танцпола.

В самой гуще танцующих оказался Уайатт. Каллиста цеплялась за него, словно стриптизёрша за шест. Её крошечное чёрное платье открывало чуть меньше задницы и ног, чем требовалось для откровенного скандала. Тёмные волосы были туго зачёсаны в безупречный длинный хвост. Она соблазнительно двигала бёдрами, оседлав мощное бедро Уайатта, а он ничуть не стеснялся трогать её тело.

Желчь всё-таки подступила к горлу. Я с беззвучным криком досады сглотнула её.

Моё отчаяние — или отчаяние зверицы — словно позвало Уайатта. Зелёные глаза встретились с моими и пригвоздили меня к месту, когда я попыталась проскользнуть мимо. Он похотливо усмехнулся мне поверх плеча Каллисты.

В этот миг Каллиста прижалась губами к его шее, и он улыбнулся ещё шире, подставляя ей горло, но не отрывая от меня взгляда.

Зверица снова подняла голову. Зрение обострилось, зубы удлинились.

Улыбка Уайатта исчезла. По зелёным радужкам разлился красный отблеск.

— Эйвери, — рявкнул низкий голос.