Уорд усмехнулся; в этой улыбке проявилось сходство с Уайаттом. — Будь с ним помягче. Парням потребуется время, чтобы перестать теряться перед загадками женской души.

Хит вскинул голову. — Да ладно, Уорд.

Тот не обратил внимания. — Отдыхай, мисс Бакстер. Надеюсь, вскоре опять увидеть тебя в верхней половине рейтинга.

— Спасибо, сэр.

Когда Уорд ушёл, мне не требовалось смотреть на Хита, чтобы понять: всё его внимание вновь приковано ко мне. Горячий взгляд будоражил тело. Сейчас у меня не было сил сопротивляться.

— Хотел бы, чтобы ты передумала, — сказал он спустя минуту.

Я нахмурилась. — Насчёт чего?

— Насчёт всего этого. — Он наклонился, положив локти на колени. По ореховым глазам прокатилось золото. — Это опасно, Убийца. Мы только что увидели, что случается даже в грёбаной магической симуляции, которая, как ты нам постоянно кричишь, вовсе не настоящий бой с рейфами. Даже когда ты ранена, не желаешь перекидываться. И я не могу обещать, что ты как женщина не будешь постоянно становиться мишенью для отсталых козлов с маленькими членами, чьи звериные мозги не способны принять тебя на поле боя. В какой-то момент это перестаёт стоить того.

Приятное возбуждение исчезло. Вместо него поднялась ярость.

— После всего, что я сделала с первого дня в этом дурацком колледже… — начала я, кипя. — Моих результатов на тренировках. Побед в вызовах студентов. Помощи твоей сестре. — Я посмотрела на ноги, свесившиеся с кушетки. Хотела бы я не принимать всё так близко к сердцу. — Ты всё ещё не веришь в меня.

— Я верю, что больше не могу смотреть, как тебя ранят!

Он резко встал и принялся мерить шагами тесное пространство.

Я вздохнула. — Это не твоя забота…

— Это мучительно, Эйвери. — Хит остановился. Непроницаемое лицо стало почти несчастным. — Хочу, чтобы это прекратилось.

Мы смотрели друг на друга. Я не знала, что сказать. И уж точно не собиралась давать ему ответ, которого он, похоже, ожидал: «Хорошо, папочка, брошу мечи и Стражей, снова притворюсь примерной латентной девушкой, которая приехала ради поиска связи и диплома по литературе».

Но мне не нравилось, что мои постоянные травмы мучают Хита. Я не просила его так обо мне заботиться, и всё же от этой мысли становилось тепло где-то в девичьем сердце.

А если перестать на мгновение отрицать собственные чувства, то, наверное, окажется, что мысль о серьёзной ране Хита для меня тоже мучительна.

И что мне теперь с этим делать?

Продолжить разговор нам не дала медсестра: она вошла и объявила, что меня выписали. Я сползла с кушетки и направилась к двери. Хит молча последовал за мной.

В приёмной сидел мрачнее тучи Иэн и сверлил взглядом Уайатта из неудобного пластикового кресла. Уайатт стоял у противоположной стены, скрестив руки на груди поверх чёрной футболки и самодовольно улыбаясь красивым лицом.

С одной стороны от Иэна сидел Броди, с другой — мечи и спортивная сумка занимали соседний стул.

— Ты не сможешь следить за мной круглые сутки, Гейл, — насмешливо говорил Иэн. — Станешь личным телохранителем Махони? А мне и пальцем шевелить не придётся. Просто попрошу приятеля Джорджа пробраться ночью в окно к Махони и задушить во сне. Ради моей сестры он это сделает.

Уайатт закатил глаза. — Джордж никому не подчиняется, Бакстер. Успокойся. Мы с твоим парнем согласны: сестра сожжёт колледж, если позволить тебе убежать и погибнуть от руки Кейса Махони.

— Он прав, — сказала я, входя. — Пока с этим разобрались, Иэн.

Он вскочил и обнял меня. — К чёрту всё, Эйвс. Это было второе худшее событие, на которое ты заставила меня смотреть за последние три месяца. Больше не вынесу.

Уайатт ошеломлённо посмотрел на меня. — Какого чёрта с тобой случилось, что было хуже этого?..

Нет, причину, по которой я вообще оказалась в таком положении, обсуждать не будем. Я проигнорировала его и крепче обняла брата. — Прости, — сказала я Иэну, и говорила искренне. — Но доктор Ли меня подлатал. Сделай мне потом одно из своих обезболивающих зелий, и буду как новенькая.

Иэн отпустил меня, осмотрел в поисках повреждений, затем игриво пошевелил светлыми бровями. — Доктор Ли уже рассказал мне о твоём состоянии. Если меня потом будет лечить он, я, пожалуй, позволю Махони меня немного погрызть.

Броди мечтательно вздохнул. — Как-то раз он вылечил мне сломанную ногу. Всё жду случая сломать вторую.

Хит пробурчал что-то недовольное.

Уайатт схватил меня за руку и оттянул от Иэна, который недовольно фыркнул. Осмотрел, взглядом лаская всё тело. И я остро осознала, что по-прежнему без футболки. — Теперь лучше, Дикая кошечка?

— Ага. Буду жить.

Его челюсть напряглась, в глазах мелькнуло красное свечение. Он осторожно провёл ладонью по повязке на моём плече. — Очень на это надеюсь.