— Но я — это я. И я сделаю все, чтобы нести то бремя, которое ты мне передала, — глубоко втягиваю воздух и принимаю боль от того, что никогда не была достаточно хороша. — Уверена, твоя жизнь была не легче моей. Но твой путь — не мой. Так смирись. Со мной. С моим путем. И с тем, что мы можем проиграть. Потому что Нокс — серьезный соперник, независимо от моей собственной силы.

Чувствую, как с этими словами с плеч спадает часть груза, который я тащила на себе годами. И вместе с ним рассыпается туманный силуэт матери. Он сжимается. Становится все меньше и меньше, и в конце концов мне приходится смотреть на нее снизу вверх. Сияние ее магии угасает, как и человеческая оболочка. Тот — или, вернее сказать, то, — перед кем я стою, не имеет ничего общего с Королевой Солнца.

Существо это худое и хрупкое. Настоящий скелет с большими фиолетовыми глазами, которые кажутся чужеродными на этом изможденном лице. Но настоящая опасность исходит от его пальцев, кончики которых словно присоски впились в мои виски.

Ошеломленно смотрю на него. Словно только очнулась от глубокого сна и лишь теперь заметила давление на голову и непрерывную пульсацию чужой силы. От множества мелких порезов, которые еще мгновение назад жгли мои руки, не осталось и следа. И тупая боль в плече тоже проходит, будто была лишь иллюзией. Все лишь в моей голове, кроме монстра передо мной.

С проклятием отскакиваю назад и вскидываю руки, чтобы сбросить тощие пальцы. Раздавшийся при этом чавкающий звук заставляет содрогнуться. Но прежде чем я успеваю схватиться за кинжал, все еще спрятанный в юбках, существо уже отступает. Оно почти покорно опускает голову, подняв руки в защитном жесте, и человечность этой реакции действительно заставляет меня замереть. Даже когда туман смыкается вокруг гротескного существа и серость проглатывает его.

Затем я снова остаюсь одна, и странное волнение зарождается у меня в животе. Это все? Я… прошла испытание?

Словно услышав безмолвный вопрос, туман закручивается вокруг меня вихрем. Заставляет юбки развеваться, а затем внезапно расступается, открывая коридор, который не смогла бы проложить даже моя магия. Он идеально прямой, и в самом конце, так далеко, что едва можно различить, мне мерещится Королевский тракт.

— Кассия из рода Люцерна. Сим ты выдержала Испытание разума и выходишь из него победительницей.

Хор голосов заставляет меня в очередной раз за этот цикл вздрогнуть. Но когда я смотрю вправо, меня ждет вовсе не призрачный силуэт из тумана. Вместо него я обнаруживаю жреца, чье внезапное появление заставляет меня выдохнуть еще одно проклятие.

Он стоит совершенно неподвижно, сложив руки на животе, и в них снова покоится Небесный амулет. Я чувствую пульсирующую мощь этого украшения. То, как оно разгоняет серые клубы, расчищая путь перед нами. И в один миг я понимаю, почему туман вокруг меня так необычайно спокоен. Почему меня не встретила орда монстров, как в прошлый раз, когда я сошла с Королевского тракта. Амулет повелевает этим туманом и его обитателями так, как ни Нокс, ни я никогда бы не смогли.

Но это осознание лишь скользит по краю моего сознания. Потому что все мое внимание приковано к глазам, которые смотрят на меня из-за вуали черного шелка. Холодные, бесстрастные.

Кожа на руках покрывается мурашками, и я уже собираюсь отступить, когда до меня доходят его слова.

Я… победила?

От неверия у меня открывается рот.

— Следуй по тропе, она выведет тебя из тумана, — с этими словами жрец отворачивается, направляясь к Королевскому тракту, и я чувствую, как осознание горячим покалыванием разливается по телу.

Я действительно победила. У меня получилось!

Из глубины души поднимается безудержный смех. Искрящийся и невесомый. Но прежде чем он успевает сорваться с моих губ, тишину разрывает рев. Душераздирающий. Мучительный. И до боли знакомый.

Нокс.

Когда звук резко обрывается, вместе с ним исчезает и эйфория, гудящая в теле. Вместо нее меня охватывает ледяной ужас. Ведь если победила я, значит, Нокс все еще заперт в Испытании разума.

Волосы на затылке встают дыбом при мысли о том, что могло заставить его исторгнуть такой звук. Нокса, который обычно так непоколебим. Нокса, который в снег и ветер карабкается по отвесной скале. Нокса, который запечатлел свою силу и мужество чернилами на коже.

Но жреца это, кажется, не тревожит. Он даже не замедляет шаг. А ведь он должен был это слышать. Бесконечную муку, скрытую в этом единственном звуке. Будто кошмары Нокса пожирают его заживо. Но почему? Я победила, испытание окончено. Нет причин оставлять его в тумане.

Кровь стынет в жилах, когда новый рев прорезает серость.