Ох, если бы все было так просто, как думает Ди. Если бы я могла быть такой же уверенной, как она. Но второе испытание непредсказуемо. Это игра с собственным разумом и его самыми сокровенными страхами. Я хорошо помню уроки матери. Ее нестандартные методы подготовки к этому заданию. Иногда я просыпалась в совершенно незнакомых местах. Будь то пустынные просторы каньона Леджеро, что вьется через Двор Дня, или бесконечные глубины гротов Люминос. Я сталкивалась со смертельной высотой, беспощадной жарой, удушающей теснотой и всепоглощающим отчаянием. И все же мать всегда встречала меня строгим взглядом, когда я с упрямым нежеланием сдаваться пробивалась обратно в Солнечный замок. Ее слова по сей день звучат в моей голове:

«Испытание разума сломает тебя, если ты будешь недостаточно сильна. Скажи мне, Кассия, осмелишься ли ты взглянуть в лицо своим величайшим страхам?»

Что ж, осмелюсь ли?

Раньше я бы с юношеской самоуверенностью ответила «да». Но сегодня, всего за несколько часов до испытания, я вынуждена согласиться с ее критическим тоном. Я не готова. Ни к Ноксу, ни к своим величайшим страхам. Потому что сомневаюсь, что годы тренировок могли подготовить меня хоть к чему-то из этого.

— Легко говорить, ведь не тебе же туда идти. — Печальная улыбка трогает уголки моих губ, заставляя Ди надуться. Она на мгновение задумывается, прежде чем на ее лице проступает решимость.

— Тут ты права. И все же я верю в тебя. Так позволь мне помочь тебе, чтобы каждый увидел в тебе то, что вижу я.

И Ди помогает. Когда час спустя я смотрю в зеркало, то больше не сомневаюсь, что человек в отражении способен на все.

Позолоченный венок из цветов снова покоится на моей голове. Но на этот раз он не ощущается как оковы. Напротив, мои волосы заплетены косами вокруг венка, будто он — часть меня. Лишь несколько прядей мягко спадают лицо, создавая обрамление для шедевра, который сотворила Ди.

Черная краска заставляет мои глаза сиять подобно двум солнцам, пронзающим тьму. Золотая пудра подчеркивает скулы, делая черты лица непривычно резкими. Даже мои губы складываются в непреклонную линию, в то время как медный цвет заставляет их мерцать. Передо мной стоит истинная Прима. Будто Ди подогнала по фигуре костюм, который обычно мешком болтался на моем теле. И в кои-то веки я полностью растворяюсь в этом чужом образе.

Касс с ее желаниями и мечтами здесь не место. Она делает меня слабой и уязвимой. Но Прима принимает вызов с улыбкой на губах. Она с достоинством несет слои шифона и шелка этого обворожительного платья и не обращает внимания на украшения на шее и запястьях. Для Испытания разума мне не нужны боевые доспехи. Не в прямом смысле. И все же Ди облачила меня в броню из струящихся юбок и сверкающего золота, которую я несу с гордостью, когда дверь в коридор открывается, и Афина заглядывает внутрь.

— Вы готовы? — выдавив улыбку, она смотрит на нас с мольбой, и мне не нужно спрашивать, чтобы понять: мать дышит ей в затылок. Я уже задавалась вопросом, почему капитан Хенссон и ее стража до сих пор не ворвались в комнату, как вчера. Но знакомая макушка Джаира, мелькающая в дверном проеме среди толпы воинов света, дает мне ответ.

Они выиграли столько времени, сколько смогли. Теперь все зависит от меня.

Поэтому я делаю глубокий вдох и запираю все сомнения, все чувства глубоко внутри. Я не позволю себе проявить слабость. Ни когда мать встречает меня в коридоре колючим взглядом и холодным выражением лица, ни когда ее стража окружает меня, отрезая от друзей.

Есть только Прима, к которой обращается мать среди сверкающих доспехов:

— Ты победишь. Никаких «но», никаких «может быть». Только победа.

— Да, только победа.

Больше говорить не о чем, и мы отправляемся навстречу второму испытанию.

***

Клубы серого тумана вьются передо мной, протягивая свои призрачные пальцы. Их зов манит, и мысль о том, что я добровольно отдаюсь в эти лапы, вызывает у меня сухой смешок.

Шагнуть в туман по рассказам матери всегда казалось чем-то простым. Но после того, как я уже встречала там монстров, снова подвергать себя этому ужасу кажется безрассудным.

И все же я стою здесь, на Королевском тракте, недалеко от ворот Крепости Теней. Люди толпятся на возвышении позади нас, занимая каждый сантиметр между крепостью и стеной тумана впереди. Только семье Нокса, моей матери и отряду стражи дозволено ступить на Королевский тракт вместе с нами. Но и это кажется огромным риском, учитывая, что перед зовом тумана не устоял даже Солей.

Солей…

Здесь, на краю долины, его отсутствие жжет сердце, как открытая рана. Это единственное чувство, которое невозможно подавить, пока король Джаро, как обычно, произносит свою напыщенную речь. Я не утруждаюсь слушать. Но уверена, что победа Нокса в прошлом цикле упоминается не раз.