Пола приводила в порядок стол, будто собиралась домой на выходные. День, как и предыдущие, прошел почти впустую. Сосредоточиться на работе было трудно, когда одним глазом постоянно следишь за новостями. Пока присяжные совещались, она вообще не могла оторваться от стола. Холодный сэндвич, взятый на обед, так и остался нетронутым. К счастью, коллеги пока не связали ее с происходящим, но это было лишь вопросом времени. Теперь все уже разошлись.

Она едва не вскрикнула, увидев заголовок на экране ноутбука: «Адвокат из Виргинии признан виновным в деле об отравлении». В прямом эфире Action News показали Саймона, которого вывели через боковую дверь здания суда к одной из двух полицейских машин Вирджиния-Бич с опознавательной раскраской. Запястья были скованы у пояса, двое полицейских держали его за локти. Ноги цепями не стянули, но конвоиры все равно шли как можно медленнее, выжимая максимум из короткого мига славы в любимом ритуале публичного «показа преступника». Саймон выглядел оглушенным и словно ничего не слышал, пока из толпы репортеров в него летели идиотские вопросы. Еще один полицейский открыл заднюю дверь, Саймон пригнулся, и его втолкнули внутрь. По непонятной причине водители обеих машин включили все мигалки и сирены и медленно двинулись от суда, будто публику следовало предупредить: мимо проезжает осужденный убийца по дороге в тюрьму.

Через несколько секунд телефон Полы завибрировал. Звонил Дэнни, уже плакавший.

Рэймонд тем временем находился в тюрьме и грозился засудить каждого, кто хоть пошевелится не так. Довольно грубыми словами, понятными любому полицейскому, он объяснил: его клиент больше не подозреваемый и не находится под юрисдикцией полиции Вирджиния-Бич. Здесь он лишь временно содержится под стражей, меньше суток, поэтому нет никакой нужды оформлять мистера Лэтча, снимать отпечатки или фотографировать. Он не наденет выцветший оранжевый комбинезон, который до него носили сотни людей. Его не посадят в камеру с основной массой заключенных. И ему следует разрешить оставить мобильный телефон.

Начальник тюрьмы счел себя обязанным согласиться со всеми условиями, кроме телефона.

Саймона поместили в одиночную камеру для тех, кого держали под защитой. Рэймонд попрощался и уехал в Бракстон. Он был раздражен, почти воинственен и зол на весь мир после разгромного поражения в громком процессе.

Койка оказалась даже удобнее самодельной постели, с которой Саймон мучился последние пятнадцать месяцев. Он вытянулся, закрыл глаза и попробовал убедить себя, что все еще спит. Настроение бросало от отчаяния и безнадежности к ярости и жажде отплаты. Мысли о детях он сумел отогнать.

В шесть часов дружелюбный заключенный из хозобслуги просунул ему поднос с запеченной ветчиной и вареными овощами.

— Вам что-нибудь принести? — спросил он.

Саймон оглядел пустую камеру.

— Здесь читать нечего.

— Книги или журналы?

— Книги.

— Посмотрю, что найду.

Хотя он умирал от голода и почти всю неделю ходил голодным, Саймон ковырялся в овощах и сумел проглотить лишь несколько кусочков. Когда заключенный вернулся за подносом, он просунул внутрь потрепанную, зачитанную до дыр книжку в мягкой обложке. Саймон взглянул на нее и не удержался от улыбки.

«The Lonely Silver Rain» Джона Д. Макдональда.

На втором курсе юридической школы хороший приятель по имени Рик одолжил ему детектив «A Deadly Shade of Gold». Главным героем там был частный сыщик Трэвис Макги, самый знаменитый персонаж Макдональда. Из этого вырос целый литературный проект: два студента-юриста начали читать, обмениваться и собирать серию о Трэвисе Макги. Цель состояла в том, чтобы собрать все двадцать одну книгу — только в мягких обложках — и заплатить как можно меньше. Денег у обоих было в обрез, а любые излишки обычно уходили на пиво и пиццу, но они упорно рыскали по сайтам распродаж, букинистическим магазинам, гаражным распродажам — везде, где могла попасться очередная история о Трэвисе Макги. Чем дешевле, тем лучше.

В последнем семестре они купили недостающую книгу за два доллара двадцать пять центов на блошином рынке и прочитали. После выпуска продали свою маленькую библиотеку студенту второго курса за двести долларов, разделили деньги и отпраздновали старину Трэвиса ужином со стейками.

Книга подействовала как наркотик. Саймон снял туфли, снова вытянулся и вскоре ушел в другой мир.