Тоба Микксакс коснулся ее плеча. - Дюра. Это Кос Френк. Он заинтересован в твоем труде.... Боюсь, всего пять лет.

Кос Френк, покупатель с розовыми волосами, закончил осмотр. - Возраст настигает нас всех, - сказал он с грустным сочувствием. - Но моя цена справедлива - пятнадцать шкурок.

- Тоба Микксакс, это покроет расходы на Адду вместе с гонораром Фарра?

Он кивнул. - Вот-вот. Конечно, самому Адде придется искать работу, как только он поправится. И...

- Я приму предложение, - уныло сказала она Тобе. - Скажи ему.

Колесо начало вращаться вокруг своей оси.

Толпа закричала. Сначала вращение было медленным, и человек, прижатый к ней, казалось, улыбался. Но вскоре инерция набралась, и Дюра смог увидеть, как голова мужчины ударилась о спицу.

- Дюра, я знаю Коса, - сказал Тоба. - Он будет хорошо к тебе относиться.

Кос Френк кивнул ей, но не недоброжелательно.

- Насколько близко я буду к Фарру?

Тоба колебался, странно глядя на нее. Кос Френк казался смущенным.

Теперь наглазники жертвы закрылись; его кулаки были сжаты от боли при вращении. Воспоминания о нападении свиньи на Адду вернулись к Дюре. По мере того как человека крутили, воздух в его капиллярах терял свою сверхтекучесть, начинал сворачиваться и замедляться; сфера мучительной боли распространялась по его телу от нижней части живота, окружая оболочку онемения. И...

- Дюра, ты не понимаешь. Кос владеет потолочной фермой, которая граничит с моей. Итак, ты будешь работать на корке... как кули. Я объяснил Косу, насколько хорошо вы, восходящие по потоку, приспособлены к такой работе; на самом деле я нашел вас на корке, и...

- Что насчет Фарра?

- Он будет в гавани. Он будет рыбаком. Разве ты этого не поняла? Дюра...

Теперь мужчина вращался так быстро, что его конечности превратились в размытое пятно. Он, должно быть, уже без сознания, подумала Дюра, и было бы хорошо, если бы он не мог видеть своего лица.

- Где гавань, Тоба Микксакс?

Он нахмурился. - Прости, - сказал он с искренним раскаянием в голосе. - Иногда я забываю, насколько все это ново для тебя. Гавань находится у основания города, на вершине хребта... деревянного столба, который спускается от самого основания. Колокола из гавани следуют по всей длине хребта, ныряя глубоко в мантию. И...

- И это неприемлемо, - прорычала она. Кос Френк отшатнулся от нее, широко раскрыв глаза. - Я должна быть с Фарром.

- Нет. Послушай меня, Дюра. Это не вариант. Фарр идеально подходит для гавани; он молод и легок, но невероятно силен. Ты слишком стара для такой работы. Мне жаль, но так оно и есть.

- Мы не расстанемся.

Лицо Тобы Микксакса стало жестким, его слабый подбородок выдвинулся вперед. - Послушай меня, Дюра. Я сделал все, что мог, чтобы помочь тебе. Ито и Крис полюбили тебя; я вижу это. Но у меня есть своя жизнь, которую я должен вести. Прими это сейчас, или я просто уйду отсюда. И оставлю тебя и твоего драгоценного брата на милость охранников... и через полдня вы присоединитесь к этому человеку на колесе, как еще двое безработных бродяг.

Теперь колесо превратилось в размытое пятно. Толпа восторженно завопила.

Раздался хлопающий звук, тихий и непристойный. Колесо быстро замедлило ход; руки, ноги и голова мужчины болтались, когда колесо совершало последние обороты.

Брюшная полость заключенного лопнула; воздушные сосуды свисали среди складок плоти, как толстые, окровавленные волосяные трубки. Толпа, словно охваченная благоговейным страхом, притихла.

Тоба, ничего не замечая, все еще смотрел в лицо Дюре. - Что будет тогда, Дюра? - зашипел он.

Охранники сняли сломленного человека с колеса. Толпа, с нарастающим гулом разговоров, начала расходиться.

* * *

 Дюре и Фарру разрешили навестить Адду в его больничной палате - его палате, вспомнила Дюра.

На одной стене медленно вращался огромный вентилятор, и в палате было приятно прохладно - почти как на открытом воздухе. Больница находилась недалеко от внешней стены города, и палата была соединена с внешним миром всего лишь коротким коридором и была сравнительно светлой; войдя в нее, Дюра почувствовала бодрость и энергичность.

Но эти первоначальные впечатления быстро развеялись при виде Адды, который был подвешен в центре комнаты в лабиринте веревок, лент и бинтов, почти все его избитое тело было скрыто тонким материалом. Врач по имени Дени Макс, кругленькая, чопорная на вид женщина, чей пояс и карманы изобиловали таинственным оборудованием, суетилась вокруг подвешенного человеческого существа.

Адда посмотрел на Дюру и Фарра из своего гнезда из марли. Его сломанное правое предплечье было покрыто кучей бинтов, а голени были стянуты вместе в клетке из шин. Кто-то соскоблил гной с его здорового глаза и наложил мазь, защищающую от симбионтов.