— Обещаю, что от каторги вас точно удастся спасти, как помогающую следствию. Лично похлопочу об этом. Но о вашей свободе можно будет говорить только после того, как вы добудете сведения. И чем больше и ценнее они будут, тем больше вероятность заслужить вам прощения у государства и получить свободу вместо неба в решеточку.

— Я поняла.

— Так что подумайте хорошенько, Зинаида Аркадьевна, прежде чем соглашаться или не соглашаться сейчас. После передумать не удастся, назад пути не будет, так сказать.

Я медленно кивнула и задумалась.

Конечно, последние слова и предостережения Егорова вызвали у меня неподдельный страх. И у меня даже промелькнула на миг мысль — отказаться. Но потом начала размышлять более разумно.

Откажусь — и что?

Загремлю в тюрьму или на каторгу, ведь доказательства моей вины — это злосчастное мое письмо — у них было. Возможно, они еще найдут, что я точно встречалась с этими народовольцами, и тогда точно всё — моя жизнь кончена в этом мире. Я ведь не помнила всех подробностей прошлого Зинаиды, и в любой момент могли всплыть любые неприятные факты. А так у меня будет хоть какая-то возможность стать свободной и обелить свое имя.

Что толку, что я буду упираться? Путь в никуда. На каторге я точно долго не проживу.

А так — хоть какой-то шанс на «светлое будущее». И еще у меня появлялась возможность сбежать. Выясню, что у меня там с деньгами, найду пароход какой-нибудь, в Турцию и убегу. Конечно, если выйдет. И не должна буду ничего ни охранке этой, ни народовольцам, будь они неладны. Подвели меня под «монастырь», злодеи.

Итак, взвесив все «за» и «против», я решилась.

— Я готова. Когда мне можно будет приступить и поехать в поместье?

— Хоть завтра отправляйтесь, — милостиво заявил Егоров. — Если вы согласны с тем, что я сказал, то немедля вас отвезут в ваш особняк на Фонтанке, и собирайтесь в дорогу.

— Хорошо. Да, я согласна.

— Тогда расскажу вам о том, что нам известно по этому делу, чтобы вам было легче сориентироваться на месте. Но, как понимаете, все эти сведения должны быть сохранены в тайне.

— Да, я понимаю.

..

Дорогие читатели)

Представляю вам следующую книгу литмоба "Неидеальная попаданка"

"Хозяйка драконьего улья" от автора Полины Нема

Глава 10

Егоров прочистил горло и произнес:

— Сначала самая суть. Мы подозреваем, что возглавляет и управляет ячейкой, так они себя называют, «Народная воля» — ваш муж. Именно в своем поместье он собирает основных членов этой организации и дает им указания и поручения, как действовать. На этих собраниях выносятся смертные приговоры чиновникам, банкирам и другим неугодным людям, которых потом эта шайка пытается устранить физически. Как нам стало известно, в помощи у полковника Измайлова есть две дамы, местные владелицы имений, что расположены неподалеку от вашего поместья. Они трое — главные в этой организации. Вот имена этих дам вам и следует узнать в первую очередь. Да и, конечно, подтвердить участие вашего мужа во всём этом. Необходимо выяснить, кто и как планировал покушение на царя, и ближайшие планы этих мерзавцев. Вы всё поняли, Зинаида Аркадьевна?

— Вроде всё.

— Вам придётся трудно. Но помните одно: никто не должен знать, что вы работаете на охранку, в противном случае за вашу жизнь я не отвечаю.

— Весело, — буркнула я.

Посылает меня в стан «волков», и если что — «умывает руки».

— Но игра стоит свеч, вы так не считаете? — спросил Егоров.

— Согласна. Свобода стоит много.

— Если всё пройдет удачно, то с вас будут сняты все обвинения, и с ваших детей тоже.

— А дети тут при чём?

— Ну как вы считаете, не выгонят ли вашего старшего сына из полка за то, что мать участвовала в заговоре против императора? Да и второго из училища?

— Но если мой муж виновен, и я докажу это, то разве тень также не падает на моих детей? — спросила я, недоумевая.

— Нет. Потому что вы будете героиней, которая помогла изобличить коварные дела преступников и убийц.

— Ясно.

Мы оба замолчали. Я понимала, на что я решилась, советник как-то с жалостью и интересом разглядывал меня.

— Единственное, что я могу сделать, сударыня, — вздохнул мужчина. — Дабы облегчить вашу задачу в этом щекотливом, опасном деле, это дать вам своего человека из охранки. Так сказать, напарника, который будет помогать вам и даже оберегать вас.

Так понятно. Приставят ко мне своего филлера, чтобы следил за мной. И чтобы я ненароком не сбежала. Хитро. И ведь не скажешь, что я хочу поехать одна. Сразу поймут, что хочу улизнуть из страны.

Я посмотрела на Егорова. Его взор был прямолинеен и тяжел. Похоже, он прекрасно распознал мои мысли о побеге.

— И не советую вам, Зинаида Аркадьевна, даже думать о побеге. Если попытаетесь скрыться, то даже каторга вам не светит.

Ясно. Загнали бедную женщину в угол. Меня. И ведь некуда деться. Только ехать в поместье к злодею — муженьку.

— Я и не думала об этом, — тихо пролепетала я, нервно теребя оборку на рукаве платья.