Отец Фархада недоволен такой моей наглостью, но услужливая мать вступает в действо. Суетливо покидает стол, становится за моей спиной, складывает руки на плечи и жмет. Ощутимо.

— Вика, Вика, нельзя перебивать мужской разговор. А как ты хотела, детка? Аллах велик, и если возможность позволяет, то Фархад имеет право взять несколько жен. Нельзя быть эгоисткой. Подругами будете. Научишь Фариду обращаться с детьми…

Хочу отстраниться, а она жмет. Россу это не нравится, он хмурится. Пытается тактично подтянуть меня к себе. Случайно задевает запястье Зухры. Какая-то тетка в оранжевом платке замечает касание и начинает громко кричать на неизвестном нам наречии. Улей снова активизируются. Родственники Фархада, включая самого Фархада, вступают в распри. Мы ни хрена не понимаем.

— Викуль, а может, в жопу их? Поехали в Грецию? — говорит Женька.

И в этот момент по воле случая гул стихает. Закрываю ладошками лицо, брат делает вид, что всем показалось. Карим Рашидович тоже.

— После праздника в честь внука устроим свадьбу сначала Виктории, а позже Фариде.

— Я не согласна! — вскрикиваю, как на иголках выскакиваю из-за стола.

— Женщины не решают эти вопросы. Что за вздор? Фархад?

— Свадьба будет только с Викторией! — выходит следом за мной.

Шах и мат тебе, сучка. Зря стрелки калякала.

Алиев-старший багровеет от стыда и гнева. Я на рефлексах жмусь к Фархаду и ощущаю уверенную ладонь на лопатках. Фархад однолюб, и фиг им всем.

Оскотинились. Смотрят на меня, как на прокаженную. Матушкины охи и попытки доказать мне, что многоженство — норма, терпят крах. Росс и Саманта бросают салфетки на стол и тоже двигаются к нам.

К великому удивлению, Хасан не очерняется дерзостью. Ушлый дед желает во что бы то ни стало заполучить такого богатенького зятька. Я таких людей насквозь вижу. Но я тоже не отец Фархада, трясущийся за мнимую честь и достоинство.

Хасан пропускает мимо ушей мои недовольства и говорит, что Фархад слишком молод и горяч. На то и существуют мудрые старцы, чтобы направлять на путь истинный детей. Он говорит, что после танца живота, исполненного Фаридой для моего Алиева, парень раскроет сердце его племяннице.

Глава 29.

Фархад

Святые небеса, Хасан! Он старомоден, однако очень хитер. Он действительно полагает, что я загорюсь любовью пылкой от скромных телодвижений Фариды. Вообще это не приветствуется — выставлять напоказ красоту женскую, но Хасан не отступит. Друг отца не знает, что после рогатки Жизель на шесте без трусов меня вообще ничем не удивить. Мужчина ходит по лезвию ножа.

Отец предлагает рассесться по диванам в гостиной. Дает указание музыкантам, приглашенным скрасить наш обед, перетекающий в ужин, играть мелодию. Тягуче-восточную, в лучших традициях семьи Алиевых.

— Фархад?

Вика заглядывает мне в глаза. Женька тоже. Он в бешенстве, но, на радость мне, пока сохраняет образ.

— Пусть потанцует. Я не собираюсь на ней жениться.

Матушка подкрадывается незаметно, чтобы утянуть меня ближе к месту выступления Фариды и подальше от Вики. Усаживаюсь на противоположный диван от Россов, что взглядами меня уже закопали в землю метра на три. Вика скрещивает руки на груди, кладет ногу на ногу.

Многообразие тетушек и жен братьев пританцовывают, но в центр не выходят.

Фариде нельзя смотреть мне в глаза. Девушка, не снимая хиджаба, медленно покачивается, постукивает в маленький бубен, чтобы внимание мое привлечь. Скукота, и такого плевка в душу от родителей я совершенно не ожидал. Подпираю кулаком щеку, лениво смотрю, как Фарида лебедью кружит подле. Она подходит слишком близко, почти задевает краем длинной юбки мое колено.

И Кошка не выдерживает. Дергается с места, но брат ее удерживает. Вика оборачивается и что-то шепчет Женьке на ухо. Это ожидаемо до банальности. Сквозь медленную музыку я слышу командирский голос Женьки: «Давай, Викулька, жги, порви их всех!».

Я напрягаюсь.

— Не, ну а чё, Фархад? — разводит руки в стороны Росс.

Успеваю два раза выдохнуть, а дальше висну, не в силах отвести взгляда от Вики.

Кошка уверенно поднимается с дивана. В один взмах распускает роскошную копну темно-каштановых волос. Развязывает шелковую ленту балахонистой накидки, комкает, швыряет на колени брату.

Вика снимает туфли и на цыпочках крадется в центр гостиной, где танцует Фарида. Привлекает внимание всей публики. Вика покачивает бедром вправо, влево. Поднимает руки за голову и плавно прогибается. Блестящие локоны струятся по ее плечам и груди, пояснице.

Внутри моментально жжет, а Кошка криво улыбается и давит Фариду взглядом.

Музыканты тут же подхватывают надвигающуюся бурю и сменяют мелодию. Ритмичную, страстную — под стать Виктории.