Солнечный свет пробивался сквозь густую листву огромного дуба и искрился над Скарлетт, которая лежала на расстеленном на траве клетчатом одеяле и наслаждалась заслуженным отдыхом в свой первый выходной почти за неделю. Не то чтобы она была против рабочей загрузки. В напряженном труде, требующем полной сосредоточенности, есть своя прелесть.

Однако дивный летний денек, солнечный, но прохладный, а также свежий воздух и хорошая книга – это тоже неплохо.

– Все, я дочитала, – сообщила Констанс со своего места за столиком для пикника и помахала сложенным листом бумаги.

– Мне неинтересно, – ответила Скарлетт, погруженная в злоключения «Эммы», и перевернула страницу. Ее выбор литературы стал еще одним поводом для маминых придирок, еще одним подтверждением, что она не оправдала несбыточных ожиданий родителей.

– Тебе неинтересно, что пишет мама?

– Нет, если это имеет какое-то отношение к лорду Выскочке.

– Прочесть тебе вслух? – Констанс наклонилась к сестре, держась за скамейку, чтобы не упасть.

– Не надо.

Констанс тяжко вздохнула и выпрямилась.

– Ладно. Как скажешь.

Скарлетт почти физически ощущала волны досады, исходившие от сестры.

– Лучше расскажи, что тебе написал Эдвард. – Она оторвалась от книги и увидела, как загорелись глаза у Констанс.

– Ему понравилось, как мы провели время вдвоем, и он надеется, что уже совсем скоро сможет согласовать свою увольнительную с моей.

Скарлетт приподнялась на локтях.

– Вы всегда можете встретиться в Эшби. Вы же любите это место.

Она тоже любила это небольшое загородное поместье, но ее привязанность была ничто по сравнению с чувствами Констанс. Именно в Эшби они с Эдвардом признались друг другу в любви.

– Да, любим. – Констанс вздохнула и провела пальцами по конверту. – Но туда долго ехать, на дорогу уйдет много времени. Проще встретиться с ним в Лондоне. – Она мечтательно посмотрела вдаль, словно даже отсюда могла разглядеть артиллерийскую бригаду, где служил Эдвард. Внезапно ее глаза широко распахнулись, и она быстро глянула на Скарлетт. – Прекрасно выглядишь. Постарайся расслабиться.

– В каком смысле? – Скарлетт нахмурилась, наблюдая, как сестра поспешно сгребает со стола все свои вещи.

– Прическа, платье – все идеально! – Констанс перекинула ноги через скамью. – Я пойду… куда-нибудь!

– Да что с тобой?!

– Думаю, она хочет оставить нас наедине.

Скарлетт обернулась на голос, о котором мечтала всю последнюю неделю, и увидела Джеймсона Стантона, идущего прямо к ней.

Ее сердце пустилось вскачь. Она каждый день проверяла списки раненых и погибших, но все равно испытала огромное облегчение, увидев его живым и здоровым. Особенно после вчерашней бомбардировки Брайтона.

Джеймсон был в летной форме, но без перчаток и желтого спасательного жилета. В его волосах играл легкий прохладный ветерок, который она так любила. Скарлетт заставила себя сесть и поборола желание разгладить складки на платье.

Это было простое платье в сине-белую клетку, с тонким пояском, скромным вырезом и рукавами, доходившими почти до локтей, но по сравнению с практичной и плотной военной формой, в которой видел ее Джеймсон в их первую встречу, оно казалось слишком открытым. Скарлетт чувствовала себя почти голой. По крайней мере, на ней были туфли.

– Лейтенант, – выдавила она вместо приветствия.

– Позвольте помочь вам подняться. – Джеймсон протянул руку. – Или присоединиться к вам, – предложил он с улыбкой, на которую каждая клеточка ее тела отозвалась сладкой дрожью.

От одной мысли, что он подал ей руку, щеки Скарлетт обдало жаром. Одно дело – заявить матери, что ты независимая современная женщина, и совсем другое – по-настоящему ею быть.

– Это совсем ни к чему, – сказала она, но все же взяла его руку.

Одним плавным движением Джеймсон поднял ее на ноги, и она прижала ладонь к его мускулистой груди, чтобы не навалиться на него всем телом. Ее рука как будто уперлась в каменную стену.

– Спасибо. – Скарлетт тут же отпрянула, разрывая их связь. – Чем обязана такой чести?

Она чувствовала себя беззащитной, ошеломленной и перегруженной впечатлениями. Все в Джеймсоне было слишком. Глаза слишком зеленые, улыбка слишком чарующая, взгляд слишком решительный и прямой. Скарлетт взяла книгу и прижала ее к груди, словно томик мог дать хоть какую-то защиту.

– Я надеялся, что вы сегодня поужинаете со мной.

Джеймсон не сдвинулся с места, но воздух между ними был заряжен таким напряжением, что ей показалось, будто их притянуло друг к другу, и если не проявить осторожность, то они столкнутся, и будет короткое замыкание.

– Сегодня? – переспросила Скарлетт слабым голосом.