— Это вопрос не материальных средств, Веззир, это вопрос возможностей! Вы связываете мне руки! Вы не позволяете мне связаться с Медной стражей, чтобы найти их, или сообщить новость другим примархам!

— Никто не должен знать о том, что становится государственной тайной! — прошипел Веззир. — Риск того, что в Страже не смогут сдержать язык за зубами, слишком велик! В связи с этим, надеюсь, вы предупредили своих преподавателей и учеников, что обсуждать отсутствие этих молодых людей... очень не рекомендуется?

— Да, я предупредил, что каждый, кого заметят за обсуждением этого вопроса, как в Академии, так и вне ее стен, будет наказан.

— Превосходно. Мы вовсе не хотим, чтобы ситуация получила огласку. Вообразите первую полосу «Газеты»: похищены подростки из своих комнат в общежитии, а Академия вместе с Империей не могут их найти! Нет, я хочу, чтобы вы разыскали их — и незаметно!

— Вопреки вашему, по-видимому, мнению, у меня не так много связей в простонародных районах Селумбра! — запротестовал Иосефир. — А те немногие частные детективы, что есть в городе, вопиюще некомпетентны: риск утечки информации от них еще выше, чем от Стражи!

— Что же я, по-вашему, должен...

— Позвольте мне хотя бы связаться с несколькими старшими чинами Медной стражи! По крайней мере, они поймут, как важна секретность... Может быть, они используют собственные контакты на местах, чтобы найти их...

Веззир задумался, его жеваное лицо сморщилось еще сильнее.

— Очень хорошо, — согласился он. — Но только под непосредственным наблюдением наших специальных агентов.

— Вы хотите сказать... Тайной полиции? — вздрогнул Иосефир.

— Как вы знаете, они уже там, — ответил Веззир. — Скоро они свяжутся с вами. Я посылаю вам документы на них.

Розовый свет резко усилился, заставив Иосефира отвести взгляд. Затем сияние померкло, и примарх заметил, что на самом верху стопки работ появилась красная папка, содержащая с десяток листов бумаги. Старый маг пролистал их: это были досье упомянутых агентов, а также приказы с их поручением.

— Мы рассчитываем на то, что вы поможете им справиться с заданием, насколько возможно, — продолжал Веззир.

— Разумеется, я им помогу! Я же сказал, что хочу, чтобы мои ученики вернулись живыми и невредимыми!

— Как и все мы, — проворчал морщинистый волшебник.

— У вас есть какая-нибудь информация об Элензо? Он мой друг, и я хотел бы знать, если...

— Любая информация, касающаяся Государственного инженера Оолонги, классифицируется как «конфиденциальная», — сурово отрезал Веззир. — Имперская внутренняя безопасность. Надеюсь, вы понимаете.

Иосефир медленно кивнул. Верховный эзотерик наморщил веки.

— Императрица ожидает быстрых результатов, Примарх. Не разочаруйте ее.

— Я сделаю все, что в моих силах, — пообещал Иосефир.

— Превосходно. Слава Сарензии.

— Слава Сарензии.

Изображение Верховного Эзотерика рассеялось, и кристалл вновь обрел прозрачность. Иосефир глубоко вздохнул, покачал головой и попытался вернуться к своей проверке. Но сердце его к этому больше не лежало.

Глава 12

Гриза повернула ручку, одновременно толкнув плечом разбухшую от влаги дверь, которая поддалась и провернулась на петлях, впуская ее внутрь. Она мрачно окинула взглядом узкий коридор, выцветшую краску со следами сырости, и устало вступила на изъеденные червями половицы.

Вот уже пять дней как двое подростков жили в давно заброшенной, но все еще относительно уютной лачуге в самом сердце Сетей. Паучиха поселила их там, как только они согласились работать на нее. Гриза и Сирус быстро обжились в этом маленьком домике, который они окрестили Логовом.

Гриза услышала, как в гостиной потрескивает огонь: должно быть, Сирус уже вернулся с работ. Гриза закатила глаза: она-то надеялась побыть немного в одиночестве... Сдержав вздох, она просунула голову сквозь грубый деревянный проем, ведущий в гостиную.

— Я дома, — объявила она. — Устала. Пойду приму горячую ван...

Она осеклась, встретившись с сердитым взглядом Сируса, погруженного в беседу с двумя какими-то людьми, расположившимися к ней спиной. Она пожала плечами и поднялась по шаткой лестнице в конце коридора, попав в крошечную душевую на чердаке. Там она с радостью скинула с себя драный комбинезон и поношенную холщовую рубашку — подручные Паучихи снабдили их гардеробом, позволявшим не выделяться в Сетях, блохи и грязь в комплекте, — и осторожно повернула кран с горячей водой. Тут же из-за стен раздалась какофония бульканья, скрипа и шипения, да такая, что, казалось, весь дом затрясся на своих основаниях. Мобилизовав все свои органы чувств, Гриза убедилась, не собирается ли взорваться старая водопроводная система, которую она сама же чинила. Однако ее импровизированный ремонт выдержал, и медный кран в конце концов плеснул коричневатой водой, которая быстро очистилась, а затем начала парить.