Графф выстрелил в ответ! Но ни один из них, не привыкнув к этому странному полету в невесомости, не мог прицелиться как следует.

Спутница Граффа – сестра Лилин, Тула – точно атакующий сокол, метнулась сквозь сияние к Мэддену. Американец услышал, как Лилин в исступлённом страхе закричала своей сестре:

– Нет, Тула, нет…

Она бросилась, как сокол, наперерез сестре. Но Тула мгновенно изменила направление полёта и, стремительно спикировав, увернулась от неё и схватила Мэддена сзади. Мэдден яростно сопротивлялся, пытаясь извернуться и ударить лунную девушку стволом пистолета. Даже в этот опасный момент он не мог забыть, что его противница – сестра Лилин.

Но в этом бою в невесомости он оказался в ужасно невыгодном положении. Тула двигалась уверенно и искусно и с силой выбила пистолет у него из руки. Оружие, кувыркаясь, улетело прочь.

Мэдден извернулся и теперь оказался лицом к лицу с лунной девушкой. Сквозь окуляры её шлема он увидел лицо Тулы – прекрасное, во многом похожее на лицо Лилин, но искажённое жёсткой решимостью. Ее губы были сжаты, а глаза казались тёмными, пылающими огнём провалами.

– Прекрати сопротивление, Мэдден, иначе я убью тебя и Ли прямо сейчас! – раздался гортанный голос.

Это был голос Якоба Граффа. Графф добрался до них и теперь парил рядом, целясь из пистолета с такого близкого расстояния, что промахнуться было невозможно.

Мэдден перестал сопротивляться. Он, Лилин и Терон Ли висели в воздухе, в слепящем сиянии далёкого Пламени, лицом к лицу с Граффом и Тулой. Тула вдруг отпустила Мэддена и метнулась к Граффу.

Глаза Граффа торжествующе сверкали за кварцевыми линзами. Его приглушенный голос был полон восторга.

– Вот как! Значит, вы последовали за мной на Луну в своей старой ракете! Глупо, Мэдден, ведь это означает вашу смерть. Вы с Ли умрете прежде, чем я вернусь на Землю с Пламенем.

Графф постучал по маленькому закрытому тиглю, висевшему у него на поясе.

– Да, у меня есть Пламя! Всего лишь малая его часть – но и этого достаточно: учёные моей страны сделают его основой нового оружия, которое сотрёт наших врагов с лица земли! Теперь нас никто не остановит!

– Ты сошел с ума, Графф! – крикнул Мэдден. – Если ты доставишь Пламя на Землю, оно опустошит её – выжжет все страны, и страны врагов, и твою страну!

Графф усмехнулся.

– О нет. Не бойся, мы будем держать его под надёжным контролем. Я – новый Прометей, похитивший это Пламя, – и уж я позабочусь, чтобы оно не вырвалось на волю.

Лилин в отчаянии с мольбой в голосе обратилась к сестре:

– Тула, неужели ты поможешь этому злодею осуществить его замысел? Вспомни обязанности, возложенные на наши семьи много-много веков назад…

Тула заговорила медленно, дрожащим голосом:

– Я устала быть Хранительницей в этом мертвом и пустынном мире, Лилин. Я говорила тебе об этом. Почему я должна остаться здесь и умереть в одиночестве, когда на Земле могу обрести власть и счастье? Ты можешь остаться здесь, если хочешь, Лилин, но мы с этим человеком сейчас отправимся на Землю и доставим туда Пламя.

Голос Тулы окреп и набрал силу:

– Я стану владычицей всей Земли, слышишь? Графф обещал мне это в обмен на то, что я помогу ему завладеть Пламенем. Его народ покорит с его помощью всю Землю, а я помогу ему править всеми завоёванными народами!

– Править? – хрипло бросил Мэдден. – Да он всего лишь жалкий раб обезумевшего тирана. А тиран правит один – без друзей, ревниво оберегая свою власть. Он обманул тебя!

– Заткнись, дурак! – взревел Графф. – Когда ты говоришь о Хозяине…

– Скажи мне, что в его словах нет ни капли правды, – внезапно требовательно проговорила Тула. Глаза её ожили; она смотрела на Граффа пристально, с тревогой, словно пыталась прочесть ответ на его лице. – Я так долго ждала. Разве мне не суждено стать владычицей Земли?

– Владычицей? – презрительно бросил Графф. Гнев окончательно овладел им. – Ты думаешь, мой народ позволит повелевать собой полудикарке – к тому же женщине? Женщины – это скот, пригодный только для того, чтобы рожать детей! У нас есть Хозяин – величайший в истории. Он поведет нас – с Пламенем!

Тула словно окаменела. Дэвид Мэдден видел, как она смотрит на Граффа, не в силах осознать услышанное.

– Значит, ты обманул меня… сыграл на моих честолюбивых мечтах и моём одиночестве… – выдохнула Тула.

И вдруг, с пронзительным криком, Тула, хлопая крыльями, бросилась к шпиону.

Якоб Графф выстрелил. Пуля, казалось, остановила Тулу прямо в полете. Она потеряла скорость и поплыла по воздуху, тело её безвольно обмякло.

– Тула! – в отчаянии закричала Лилин.

– Она лишь первая из вас, кто умрет здесь! – прокричал Графф. – Я не оставлю здесь в живых никого, кто мог бы доставить частицу Пламени нашим врагам.