— А, ну да. Логично. — Крис с силой потер лицо ладонью. — Черт, у меня реально мозги набекрень от всего этого.

— Давайте просто идти дальше, — подвела черту Никки, медленно поднимаясь на ноги. Она ткнула большим пальцем направо: — Сюда.

Спустя еще несколько минут осторожного и беззвучного продвижения по лесу мы вышли к краю огромной поляны. Лунный свет просачивался сквозь редкие деревья, отбрасывая длинные, зловещие тени на открытое пространство.

— Это та самая поляна, которую ты видела в детстве? — спросила Никки, с надеждой вскинув брови.

Я покачала головой:

— Нет, точно не она. Форма совсем другая, да и эта кажется намного больше.

— Черт. — Она вздохнула и потерла глаза, прежде чем осмотреть деревья на противоположной стороне открытого участка. — Ладно, народ. Придется пересечь её.

— Но это же открытое место, — с тревогой запротестовала Эва. — Разве мы не станем легкой мишенью?

— Станем, но у нас особо нет выбора. Безопасная зона находится прямо на той стороне, а эта прогалина, как сами видите, просто гигантская, — ответила Никки, указывая рукой в темную даль. — Если мы попытаемся обойти её по кругу, это добавит к нашему пути еще минут двадцать. Если не больше. К тому же я не удивлюсь, если охотники наставили ловушек по всему периметру в лесу — они ведь будут ждать, что люди станут избегать открытых пространств любой ценой, логично?

Эва нервно покосилась на кромку леса справа от нас, плотно поджав губы.

— Но что, если кто-то наблюдает за нами прямо сейчас? Ждет, когда мы сделаем первый шаг?

— Такой шанс есть всегда, — твердо отрезала Никки. — Но если мы останемся здесь, это нам ничего не гарантирует. Так что мой вердикт — переходим поляну, быстро и пригнувшись. Гуськом. Ни единого звука. И внимательно смотрите под ноги, ищите растяжки.

Я видела, что Эва колеблется, но в конце концов она кивнула, вцепившись в лямки своего рюкзака как в спасательный круг.

— Всё будет хорошо, — тихо добавила я, надеясь её успокоить.

Хотя на самом деле я понятия не имела, будет ли всё хорошо.

Никки была права насчет возможных ловушек по краям поляны — охотники почти наверняка просчитали естественный инстинкт людей избегать открытых пространств и обходить их стороной. Однако я понимала и опасения Эвы. С тем же успехом где-то на опушке мог сидеть снайпер, терпеливо выжидающий, когда игроки сами зайдут вглубь прогалины.

Никки сделала знак следовать за ней.

— Я веду. Крис, ты замыкаешь. Остальные — смотреть в оба. Если что-то увидите или услышите, немедленно стопоритесь и ложитесь. Все остальные сразу повторяют.

— Ладно. Дайте мне только минуту, — пробормотал Крис. — Надо морально подготовиться к этому дерьму.

— Хорошо. — Никки коротко кивнула. — Одна минута, и выдвигаемся. Всем всё ясно?

— Ага, — отозвался Джейд. Он прищурился, снова сканируя открытое пространство. — Очень надеюсь, что у этих ублюдков не хватило ума использовать противопехотные мины.

— Зачем им мины? — удивилась Канако. — Разве это не лишает смысла саму охоту на нас?

— Не совсем. — Он мрачно усмехнулся. — Если наступишь на мину, она не обязательно тебя убьет. Может просто оторвать ступню или всю ногу. А после такого далеко не убежишь, верно?

— Так, народ, хорош. Подобные разговоры только нагоняют панику, а мы должны помнить: им именно это и нужно, — горячо оборвала его Никки. — Они хотят, чтобы мы потеряли контроль. Чтобы совершали ошибки. Мы не доставим им такого удовольствия. Так что думаем о хорошем, ладно? Мы справимся.

Все нехотя пробормотали слова согласия, и мы один за другим начали пересекать залитую лунным светом поляну. Из-за этой огромной открытой территории я чувствовала себя невыносимо беззащитной, словно у меня на спине горела неоновая мишень. Я буквально замерла в ожидании — ждала, когда раздастся выстрел и пуля вонзится мне в грудь.

Внезапный порыв ветра всколыхнул редкую траву, и я была готова поклясться, что вдали качнулась какая-то тень. Дыхание перехватило, но я заставила себя идти дальше, пока в голове вспыхивали слова Никки: «Думаем о хорошем».

Она права. Надо перестать себя накручивать. Никаких мыслей о пулях и живых мишенях. Только приятные вещи.

Я попыталась представить свое любимое домашнее блюдо, но вместо этого перед глазами всплыло раздражающе красивое лицо Ретта. Руки тут же покрылись мурашками, и я тяжело сглотнула, изо всех сил пытаясь прогнать этот образ. Этот мужчина был как потайной люк в полу: стоило на секунду задуматься о нем, как почва уходила из-под ног, и я летела вниз.

Погодите.

Я замерла как вкопанная, а мысли лихорадочно завертелись в голове. Я никогда раньше не думала о потайных люках, даже в метафорическом смысле. Так почему это конкретное слово вдруг всплыло в моем разуме прямо сейчас? Это было похоже на внутреннее предупреждение. Словно мои инстинкты улавливали то, чего глаза еще не видели.