Он наградил меня точно таким же наполовину растерянным, наполовину подозрительным взглядом, каким меня одаривали абсолютно все на яхте, стоило мне завести разговор об Игре. Затем он лишь вздохнул и покачал головой.

— Ладно, забудь пока об этом, — отмахнулся он. — Надо осмотреться. Посмотреть, спасся ли кто-то еще. Или, может, тут есть хоть какие-то признаки цивилизации.

И мы поплелись вдоль береговой линии, с каждым шагом загребая босыми ногами мокрый песок. Справа от нас под хмурым небом бушевал океан, и его волны с глухим, неутомимым грохотом разбивались о берег. Побережье было усыпано обломками — разорванные спасательные жилеты, расколотые деревянные панели, одинокий стул, запутавшийся в водорослях.

Слева же высилась плотная, глухая стена леса — темная и абсолютно неприветливая. Редкий шорох, доносившийся из чащи, заставлял мурашки бежать по спине: звуки были слишком слабыми, чтобы понять, ветер это или какое-то животное.

У меня перехватило дыхание, когда взгляд зацепился за кое-что на песке — бейджик, лежащий лицевой стороной вверх. Подбежав ближе, я прочитала имя официантки, с которой разговаривала вчера. Элисон. В груди похолодело от накатившего ужаса. Она погибла? Или спаслась, как и я, просто потеряв свой значок так же, как я потеряла туфли и серьгу?

Оставалось только надеяться на второе.

Мы с Крисом обогнули изгиб береговой линии, и мои глаза округлились от изумления. На небольшом пятачке собралась довольно внушительная группа выживших.

— Эй! — крикнул Крис и замахал рукой, привлекая внимание. Кое-кто из них помахал в ответ, подзывая нас к себе.

Когда мы подошли, в группе царил полный хаос: все перебивали друг друга, отчаянно пытаясь разобраться в том, что произошло. До меня долетали обрывки бессвязных фраз, и в каждом слове сквозила паника.

— Да я так набрался вчера, что вообще ни черта не помню.

— Я тоже. И слава богу. Я и вспоминать не хочу.

— А где все остальные? Нас тут всего двадцать два человека, а вчера на борту была куча гостей и персонала.

— Не могли же они все утонуть, мы ведь ни одного тела на берегу не видели.

— Ты имеешь в виду, что мы пока не видели тел. Они могут быть где угодно. Может, до сих пор плавают там, в океане.

— Господи, я поверить не могу, что попал в гребаное кораблекрушение!

— Кто-нибудь видел пробоину на яхте? Я слышал, она была огромной.

— Раз уж нас должно было куда-то выбросить, было бы неплохо, окажись это тропический остров с коктейльным баром. А не это Богом забытое дерьмо. Я окоченел.

Похоже, ни у кого не осталось четких воспоминаний о прошлой ночи — только смутные вспышки. Общее мнение сходилось на том, что все были либо слишком пьяны, либо до того напуганы, что просто отключились, пока судно шло ко дну.

— Это повлияет на Игру? — подала голос молодая брюнетка.

— Должно, — настаивала другая женщина. — В смысле, половина участников, наверное, мертвы, так?

— Ага, её обязаны отменить. Или перенести, как минимум.

Я подняла ладони и повысила голос:

— Может мне кто-нибудь, пожалуйста, объяснить, что это за Игра, о которой все постоянно твердят?

Знакомый голос ответил первым:

— Уф, ну опять эта чушь.

Я повернула голову и увидела стоявшего в центре группы мужчину средних лет — того самого, что подходил ко мне вчера на яхте.

— Я серьезно, — ледяным тоном произнесла я, недобро прищурившись. — Я действительно не знаю, что это за Игра.

— Да не слушайте вы её, — махнул он рукой, обращаясь к остальным. — Она вчера ночью уже пыталась провернуть этот трюк. Это какая-то стратегия, чтобы…

Я бесцеремонно оборвала его:

— Это не гребаная стратегия! — выкрикнула я. — Что это за Игра, о которой вы все талдычите? Кто-нибудь обязан объяснить мне прямо сейчас!

Группа выживших неловко замолчала. Наконец рядом со мной заговорил Крис.

— Мы все записались на игру под названием «Охота», — нерешительно произнес он. — Ты этого не делала?

Я покачала головой:

— Я впервые об этом слышу.

— Вчерашняя вечеринка на яхте должна была стать чем-то вроде предварительного праздника перед стартом, который намечался на завтра, — пояснил он. — Ну… то есть на сегодня, получается. Но после того, что случилось, они её явно перенесут.

— Еще бы, — с невеселым смешком бросила другая женщина. — Навряд ли они ожидали, что яхта попадет в этот чертов внезапный шторм.

Я глубоко вздохнула, пытаясь унять путаницу, которая бешено крутилась у меня в животе.

— И что происходит в этой вашей «Охоте»? — я склонила голову набок.

Один из мужчин — высокий темноволосый парень с нахмуренным лбом — сделал шаг вперед. Он переглянулся с остальными, а затем встретился со мной взглядом:

— Это игра на выживание. Мы проводим неделю в дикой глуши, пока за нами гоняются охотники.

— Погодите, что? — мои брови взлетели вверх. — Вы реально сами на это подписались?

Он приподнял ладонь: