— Очень на это, блядь, надеюсь, — пробормотала Никки.

Следующие тридцать минут мы провели за тем, что аккуратно подмешивали капли в каждую бутылку. Этот раствор не убьет Уайлдеров, которые пригубят портвейн, но его дозировки вполне хватит, чтобы вызвать у них внезапный приступ жесточайшей рвоты, диареи и резей в желудке.

А это, в свою очередь, спровоцирует достаточно паники и хаоса, чтобы вынудить Патриархов экстренно открыть остров для транспорта. И этот грандиозный переполох на время отвлечет их от всего остального, что мы с Реттом и Никки запланировали.

— Так, последняя бутылка. — Никки загнала пробку обратно и ухмыльнулась. — Валим отсюда.

Я облегченно и глубоко вздохнула и вышла вслед за ней с кухни. Нам еще многое предстояло сделать и о многом нужно было переживать, но одна из самых опасных частей нашего плана была позади, и у меня возникло чувство, будто с моих плеч свалилась целая тонна веса.

Коридор впереди кишел персоналом в униформе и разгуливающими по особняку Уайлдерами в домашней одежде.

Я шла с опущенной головой, изо всех сил стараясь не привлекать к себе внимания, но тут услышала это — отчетливый звук чьих-то приближающихся шагов. Они были медленными, размеренными… и знакомыми. У меня внутри всё просто оборвалось.

Мне не нужно было поднимать глаза, чтобы понять, кто идет нам навстречу.

Питер Дженнингс.

Я почувствовала его приближение еще до того, как увидела, словно воздух вокруг него стал тяжелее, пропитанный той самой гнетущей энергией, которую он всегда излучал. Я резко вдохнула, пульс участился, но я заставила себя продолжать идти, хотя ноги стали как свинцовые.

— Черт, — пробормотала Никки, подтверждая мои худшие опасения. — Питер идет прямо на нас.

— Поверить не могу, — едва слышно выдохнула я. — Мы были так близки к тому, чтобы выбраться.

— Всё нормально. Просто веди себя спокойно.

«Веди себя спокойно». Я повторяла это про себя как мантру, хотя мир вокруг меня начал расплываться.

— Никки. — Глубокий голос Питера эхом разнесся по коридору, когда он подошел ближе. — Я так и думал, что это ты. Что ты тут делаешь?

Никки слабо улыбнулась, когда мы остановились:

— У меня закончились сигареты, а на кухне северного крыла работает парень, у которого всегда есть запасные.

— Хм. Не знал, что ты куришь, — произнес Питер. Он слегка повернул голову, и его взгляд остановился на мне. — А тебя я здесь раньше, кажется, не видел. Как тебя зовут?

Черт.

Изменить внешность — это одно, но голос я изменить никак не могла. Стоило мне сейчас заговорить, и он бы стопроцентно меня узнал. И тогда пиши пропало.

Никки негромко рассмеялась:

— Вы не помните Эми, сэр? Она уже много лет работает у нас в хозотделе, горничной! — выдала она. — Именно она показывала мне тут всё, когда вы впервые привезли меня сюда. После… ну, вы сами знаете чего.

Я выдавила улыбку и согласно кивнула:

— М-хм, — промычала я, рассудив, что этого невнятного звука хватит, чтобы обозначить ответ, не произнося при этом ни единого слова.

— Она уже закончила смену, поэтому и без формы, — продолжала Никки, кивнув на вещи, которые она мне одолжила. — Мы как раз собирались немного прогуляться перед ужином.

Я не смела отвести взгляд от Питера, хотя сердце буквально выламывало мне ребра. Секунды растягивались в вечность. Он слегка прищурился, и его взгляд опустился ниже, зафиксировавшись на моей левой руке.

Наконец он снова посмотрел мне в лицо:

— Эми, — медленно кивнул он. — Кажется, теперь я тебя вспомнил.

— Ой, сэр, чуть не забыла сказать, — перебила его Никки, явно пытаясь отвлечь его внимание от меня. — Ванная в моей новой комнате — просто супер. Всё выглядит как новенькое. На этот раз кран точно не взорвется.

Его взгляд переключился на неё:

— Да, в этом году мы отремонтировали несколько комнат в западном крыле. Оно, конечно, не такое важное, как остальные, так что мы делаем там ремонт по остаточному принципу и неспеша, — произнес он. — Ладно, мне пора. Нужно уладить еще кучу дел перед ужином. Держи телефон при себе на случай, если ты мне понадобишься.

— Конечно, сэр, — ответила Никки.

Я вежливо кивнула. Взгляд Питера снова скользнул по моей левой руке, после чего он зашагал дальше, и звуки его шагов затихли, когда он скрылся в глубине особняка.

Я медленно выдохнула, чувствуя, как тело обмякает от облегчения.

— О боже мой, — пробормотала я. — Я была уверена, что он меня узнает.

— Пожалуй, мне стоит пойти в визажисты, когда я вырвусь из этого рабского дерьма, — удивленно вскинула брови Никки. — В смысле, парик и очки помогли, но я реально нарисовала тебе совершенно новое лицо. Особенно глаза. Я же полностью изменила их форму!

Я тревожно оглянулась через плечо, пока мы шли к выходу. Питера уже не было видно.

— Ты заметила, что он постоянно косился на мою левую руку? — спросила я.

— Нет.