— Ты хочешь взять на себя инициативу или это сделать мне? Твоя команда по дебатам также выиграла чемпионат Академии Созыва.

— Ты был капитаном, — кивнул Аса. — Куинн, ты выиграла чемпионат по имитации судебного разбирательства?

— В законодательстве о товарных знаках, — ответила она, слегка покраснев от внимания. — Многое из этого выше моего понимания.

— Держу пари, что это неправда, — тепло сказал ей Вольфганг.

— Я жалею, что не присоединилась к командам по дебатам или инсценировке судебного процесса, — с сожалением сказала Элис, затем посмотрела на Ник. — Ты тоже, не так ли?

Ник фыркнула.

— Внеклассные занятия? Конечно нет, по той же причине, по которой ты не делала этого. Лорд Элал не потерпит, чтобы его наследники тратили свое время на клубы. Это для людей, которым нечем заняться! — она повысила голос и покраснев, замахала руками, зная, что это было убийственно точное подражание ее отцу, доведя Элис до смеха со слезами. — Извините, — сказала Ник остальной группе, внезапно осознав, что ведет себя не так, как подобает леди Высокого Дома. — Что-то вроде семейной шутки, я полагаю.

— В Созыве мало кто не сталкивался с лордом Элалом в том или ином качестве, — сухо заметил Аса. — Подражание было необычайно точным.

— Моя чемпионская способность, судя по всему. Кому нужны внеклассные занятия? — пошутила Ник, заставив всех рассмеяться. Опять это чувство товарищества, родства — такого она никогда не чувствовала со своей настоящей семьей. Элис поймала ее взгляд, слегка улыбнувшись. Она не была единственной, кто видел все еще тогда.

— Ну и еще то, что вы самый могущественный фамильяр в Созыве, — вставила Куинн, закатив глаза, — плюс ко всему вы связанны с самым, возможно, могущественным волшебником в Созыве. Вы непобедимая пара.

— Если только мы не будем побеждены еще до того, как начнем, — сказала Ник, указывая на документы. — Все так плохо, как я думаю?

— Вероятно, — признал Вольфганг. — Вы умны, леди Фел и, несмотря на отсутствие внеклассных занятий, Элалы имеют репутацию компетентных в этих областях. То, что мы здесь имеем… — Он замолчал в тот же момент, когда Ник почувствовала, как Габриэль вошел в учебный зал в вихре серебристого лунного света и глубоких, спокойных вод.

Хорошо. Он немного успокоился. Ник надеялась, что, сосредоточившись на обучении магов воды, он сфокусирует свое внимание на том, что он может контролировать.

Она изучала его, пока он пересекал комнату, сокрушительно красивый с его сверкающими белыми волосами, в элегантном черном пиджаке, расклешенным сзади и вышитым серебром, чтобы обрамлять его широкие плечи и тонкую талию, подчеркнутую костюмом Офиэля. Темные глаза были устремлены на нее, даже когда он вежливо отвечал на приветствия людей, мимо которых проходил, принимал их поклоны и реверансы со всей присущей грацией и высокомерием любого из прирожденных дворян.

Габриэль все еще мог считать себя скромным фермером, но магия изменила его. Так же, как и то, что он занял законное место лорда Фела. В то время как Дом, очевидно, восстанавливался по образцу, установленному предками Фела, сам Габриэль, казалось, взрослел, превращаясь в могущественного волшебника и лидера, хотя раньше это было лишь обещанием.

Ник внутренне содрогнулась, ощутив всплеск ответной страсти, вызванной явно похотливыми мыслями ее волшебника. Возможно, сегодня будет ночь арканиума.

Словно угадав ее мысли, Габриэль медленно и лукаво улыбнулся ей. Звуки разговоров и пения птиц возобновились, когда Вольфганг снял защиту. Все встали, чтобы приветствовать прибытие лорда, а Ник улыбнулась про себя, увидев дискомфорт Габриэля. Значит, не совсем уж «положение обязывает».

— Позвольте мне предложить вам стул, лорд Фел, — сказала Куинн. Габриэль остановил ее, протянув руку Ник, помогая ей встать, сел на ее стул и удобно усадил к себе на колени.

— В этом нет необходимости, — мягко ответил Габриэль, проводя рукой по ее узкой талии и бедрам еще крепче прижимая ее к своему паху и груди. Его магия поглощала ее магию, и это утонченное прикосновение говорило о его опыте. Это был скорее целомудренный поцелуй любви, пробуждение ее магии, чем какое-либо восполнение. — Я могу слушать и пользоваться своим фамильяром одновременно.

Пылкая реакция Ник на это замечание, особенно когда он назвал ее своим фамильяром — что обычно ограничивается сексуальной близостью — была, вероятно, менее сдержанной. Конечно, Габриэль чувствовал через их связь и прикосновение их тел, как от него исходила волна горячего веселья.

— Я думала, что ты работаешь с волшебниками воды, — прошептала она ему на ухо, пользуясь случаем, чтобы поцеловать ямочку под мочкой уха, что всегда производило на него впечатление.

Он слегка сжал ее бедро, проведя большим пальцем чуть выше колена.

— Я дал им задания, решение которых займет значительное время. И я хотел послушать. Продолжай, волшебник Ратисбон.