Астерия открыла рот, чтобы вскрикнуть, но ее заставили замолчать губы Уриэля, прижавшиеся к ее губам. Его язык змеей скользнул ей в рот, в то время как его длина росла внутри ее нутра, а его пальцы продолжали скользить в нее и из нее, заполняя ее в обоих местах и расплавляя ее мозг новыми ощущениями. Его темп заставил ее бедра двигаться. Она скакала на нем, сначала неуверенно, но по мере того, как его рот пожирал ее губы в пылком и обжигающем поцелуе, в ней проснулась распутная смелость, заставляющая насаживаться жестче, быстрее, принимать его глубже с каждым вращательным движением бедер. Пальцы Уриэля не отставали, когда она начала прыгать вверх и вниз на его толстом, пульсирующем члене. Он оторвался от поцелуя, чтобы провести языком по горлу Астерии, остановив кончик на ее пульсе. Астерия прижалась горлом к его рту, но он не кусал. Она жаждала почувствовать, как его клыки пронзают ее кожу, и волну эйфории, которая следовала за этим.

— Проси. — Он мрачно усмехнулся, касаясь ее кожи. Он рванулся вверх, перехватывая контроль над ритмом, и, подбрасывая ее жестче, насаживал на свой ребристый ствол снова и снова.

— Укуси меня, — простонала она. — Пожалуйста, Уриэль, — добавила она со всхлипом. Она кончила до того, как его зубы успели вонзиться в ее плоть. Ощущение наполненности и предвкушение укуса толкнули ее за грань. Ее тело сжалось вокруг его пальцев и члена, и он издал первобытный звук. Это было нечто новое, иное, опасное, и от этого по ее телу пробежала дрожь.

***

Уриэль. Никто больше не называл его настоящим именем. Все обращались к нему «Ваше Высочество» или «Король Вампиров». То, как Астерия произнесла его имя, зажгло в нем какую-то крошечную искру, заставившую его снова почувствовать себя человеком. Ему это одновременно и нравилось, и злило его. Он не был человеком. Это осталось в далеком прошлом, много жизней назад. Но теплые чувства, которые он начал испытывать рядом с Астерией, нервировали его. Была причина, по которой никто не покидал этот замок живым. Теперь он был монстром, и, похоже, ей нужно было напомнить, что он, в самом деле, Король Вампиров.

Он поднялся на ноги, потянув ее за собой, пока вокруг них плескалась вода. Его крылья широко распахнулись, и он взмыл в воздух, волоча за собой Астерию. Она ахнула в его хватке, когда ее ноги оторвались от земли. Уриэль миновал дверь в спальню и полетел прямо к самой высокой точке комнаты. С привычной легкостью он нашел цепи, зацепился за них ногами и повис вниз головой под потолком комнаты. Глаза Астерии расширились от ужаса, когда ее волосы цвета звездного света свесились к полу внизу. Она крепко обхватила его ногами, и он получил огромное удовольствие от быстрого пульса, бьющегося под ее кожей.

— Ты хотела укуса. — Его челюсть раскрылась на всю ширину, и клыки опустились. — Я дам тебе то, чего ты хочешь, маленькая звезда.

Он одновременно вонзил в нее клыки и член. Астерия дернулась и забилась в конвульсиях в его объятиях. Он не был нежен ни с одной частичкой ее тела. Он трахал ее так, словно хотел уничтожить, вколачиваясь с такой силой, что ее тело снова и снова бросало к полу. Его зубы впились в ее плечо с первобытным гневом, и ее кровь дождем хлынула с потолка, забрызгав мебель и ковер внизу. Узоры, которые оставляли ее багровые брызги, казались его глазам настоящим произведением искусства. Из-за крови она стала скользкой, и он вонзил острия своих крыльев ей в плечи, чтобы удержать ее на месте и обеспечить себе глубокий, беспрепятственный доступ к тугим глубинам ее сладкой маленькой пизды.

Астерия заскулила и заизвивалась в его хватке. Он вытащил клыки, пока ее кровь продолжала течь.

— Этого ты хочешь? — хмыкнул он, вбиваясь в нее со всей силы.

Она застала его врасплох, когда вскрикнула:

— Да! — за мгновение до того, как плотно сжаться вокруг его налитой длины. Ее разрядка была такой поразительной, такой неожиданной в этих условиях, такой невероятно сексуальной, что его яйца подтянулись, и его собственное семя выплеснулось с такой силой, что это граничило с болью.

Его глаза закрылись, а разум парил в безмятежном чувстве блаженства, которого он не испытывал уже очень, очень давно. Равномерный стук вернул его разум обратно в тело, где хватка Астерии на его плечах и талии медленно слабела. Он глубоко вдохнул, и сладкий запах крови заставил его широко открыть глаза. Кровь Астерии. Больше, чем он думал. В этом и заключалась проблема с людьми — было так легко увлечься. Между жестоким укусом и обеими колотыми ранами от его крыльев Астерия быстро теряла кровь.

Он спрыгнул с потолка, грациозно приземлившись на пол внизу. Он притянул ее хрупкое тело к себе, крепко сжав в объятиях. Она улыбнулась ему, но ее голова безвольно покачивалась из стороны в сторону.

— Что это за звук? — спросила она, слегка растягивая слова. Уриэль прислушался. Летучие мыши возвращались на ночлег. Он слышал хлопанье тысяч крыльев. А это означало, что рассвет уже близок.

— Пришло время, маленькая звезда.

Губа Астерии дрогнула, и единственная слеза скатилась по ее мягкой щеке. Еще одна легкая улыбка заиграла на ее пухлых губах.