Хофунд.

Хофунд.

Я тебя не забыла. И скоро я буду тебя достойна.

Покинув причал, я направилась обратно в деревню. Я бродила по ней, внимательно рассматривая все, что можно было увидеть. Моя первоначальная оценка оказалась верной. Ярл Асгер брал ситуацию под контроль. Доказательства этого, в том числе трое мужчин, сидевших в цепях в ожидании казни, были очевидны.

В трактире, где Ирса, Эйдис и я попали в беду, было на удивление тихо. И никаких признаков вмешательства ярла Сольвы тоже не было. Асгер вел умную игру. Логичнее было подождать и посмотреть, что будет после смерти Арнгрима. Без легендарного берсеркера у власти Больмсё окажется слаб. Что они предпримут, когда узнают, что у Арнгрима есть внучка?

Конечно, это означало, что, в конце концов, я расскажу Арнгриму правду. Надеялась, что дед примет меня, надеялась, что Тюрфинг и история с Самсё искупят меня, но я не знала, что скажет Арнгрим. Возможно, когда он поймет, что я Хервёр, а не Херварт, он будет разочарован. Почему старуха на Самсё настояла на том, чтобы я скрыла свою личность? Какое значение имел мой пол?

Раздраженная этой мыслью — всю жизнь меня заставляли жалеть о том, что я девочка, — я оставила эти размышления и отправилась на рынок. На Больмсё меня ждала одна беременная, которая рассчитывала, что я вернусь с чем-нибудь сладеньким.

Вернувшись на центральную площадь, я прошлась по торговцам в поисках чего-нибудь вкусного. Постоянная тяга Эйдис к ягодам и яблокам разбивала мне сердце. Я высматривала все, что могло бы подойти. Но на исходе долгой зимы таких товаров было мало. Наконец, добралась до прилавка одной старушки, которая держала в руках сверток с сушеной черникой.

— Это последняя, моя дорогая. Еще три месяца у нас не будет фруктов и ягод. Здесь хватит, чтобы протянуть хоть немного.

— Моя сестра ждет ребенка, — сообщила я и протянула ей монету. — Спасибо, — поблагодарила я с улыбкой.

Она вернула мне улыбку, но стоило ей перевести взгляд на кого-то за моим плечом, как улыбка потухла.

— Отыскала что-то вкусненькое, Хервёр? — услышала я.

За моей спиной стоял Асгер.

— Хм… Да. Это для моей сестры… она ждет ребенка. Меня послали с четкими указаниями не возвращаться без сладостей.

Он улыбнулся, и на его щеках заиграли ямочки.

— Тогда ты пришла к нужному человеку. Я каждое лето воровал малину с фермы Линхейд.

Линхейд нахмурилась.

— Это точно. А сколько раз тебя за это щипали мои гуси?

— У меня до сих пор шрам на руке от последнего посещения твоей фермы.

— Только в тот раз тебе нужна была не только малина, — нахмурилась старушка.

Асгер нервно хихикнул. Он вежливо поклонился пожилой женщине, взял меня за руку и повел прочь. Я подумывала о том, чтобы выдернуть ладонь, но вместо этого еще раз благодарно посмотрела на старуху и пошла с ярлом.

— Старая ворчливая грымза, — прошептал он, глядя на женщину через плечо, и задрал рукав, открыв небольшую белую полосу на предплечье. Хоть она и сливалась с закручивающимися татуировками, но все же была заметна. — Моему брату досталось еще хуже. У него шрам появился на полщеки.

— У вас есть брат?

— Был. Его убили здесь, в Хальмстаде, несколько лет назад. Какая-то кучка нелюдей сошла на берег, ограбила и убила его. Асмунд в наказание устроил им «кровавого орла». Но этого было мало. Никто не понимает это так, как родной брат.

— Мне очень жаль.

Он кивнул, затем жестом указал на кулёк, который я держала в руках.

— Беременная сестра… Ты хорошо о ней заботишься. Сегодня уезжаешь на свою ферму?

— Да, — кивнула я. — И мне нужно уже выезжать, если я хочу вернуться до темноты.

— Надеюсь ещё не раз увидеть тебя в Хальмстаде, Хервёр.

— Благодарю.

Он слегка поклонился и кивнул на прощание.

Повернувшись, я направилась прочь от рынка к месту, где оставила свою лошадь. По дороге я мысленно упрекала себя за глупую улыбку, расплывшуюся по моему лицу.

Хервёр. Что ты делаешь? Ты настолько глупа, чтобы поддаться его заигрываниям?

Но всё было не так просто.

Вместо этого я наслаждалась ощущением того, что живу. Что я женщина. Что я… личность. В Далре я никогда не ощущала собственной значимости. Никогда не чувствовала себя цельной. А теперь почувствовала. Теперь я знала, кто я на самом деле. И хотя Асгер был достаточно красив, чтобы его флирт вызывал у меня приятные эмоции, на самом деле не он зажег меня изнутри, а осознание того, что встреча с ним мне дала.

Свободу.

Глава 24

Я вскочила в седло и поскакала прочь из Хальмстада. Если правильно рассчитаю время, то вернусь в Больмсё сразу после наступления темноты. Если доберусь до озера до захода солнца, то точно смогу найти дорогу домой.

Домой.

Какая непривычная мысль.