Иду по дворам, где ничего не видно, хоть бы уже снег скорее выпал. Прохожу мимо каких-то гопников, а сам уже вижу картину, как приду все же с фиолетовой мордой и без цветов. Но нет, на удивление стая гопников на меня не обращает внимания, и я благополучно добираюсь до нужного дома. Мне однозначно везет, дверь мне в этот раз открывает не добродушная бабулька, а молодая девушка.

В очередной раз поднимаюсь к Ире с какой-то надеждой. Думал, не откроет, но через считанные секунды дверь мне все же открывают.

– Привет. А я думал, что не откроешь.

– Вы бы мне сына разбудили, если бы не открыла. Что вы здесь делаете?

– Можно войти. Я замерз.

– Может, потому что не стоит ходить с распахнутым пальто в минус десять.

– Не стоит.

– Проходите, – захожу в теплую прихожую, снимаю обувь и пальто. – Ир, возьми цветы, это тебе. Прости, что без сирени, но эти тоже красивые, мне кажется.

– Спасибо. Но я просила больше не покупать мне цветы, тем более в таком количестве. И все же, зачем вы пришли? – Ира кладет розы на комод и выжидающе на меня смотрит. А у меня в очередной раз поехала крыша от ее вида. Забавно, при первой встрече я посчитал ее обычной. А теперь как последний соплежуй теряю дар речи при виде ее. Просто откровенно пялюсь на ее распущенные волосы, на тоненький шелковый халатик цвета морской волны и эти нереально красивые глаза. Ира, видимо, почувствовала что-то неладное и затянула полы халата плотнее. Можно подумать, я ее насиловать пришел.

– Ир, я заплатил в клинике не для того, чтобы тебя обидеть. Я просто хотел помочь. Это просто дорого, и я могу себе это позволить. А ты одна, у тебя даже нет никого. Откуда ты вообще взяла деньги? Или кто-то все же есть?

– Да, есть. Аванс, называется.

– Слава Богу. Ир, можно я тебя потрогаю?

– Вы пьяны. Вам лучше уйти.

– Я не пьян, просто был на дне рождения подруги и немного выпил.

– Подруги?

– Да. Студенческая подружка, ты видела ее на кассе тогда, помнишь?

– Помню.

– Ир, ты только не подумай ничего плохого. Ты… Ты мне очень нравишься, я даже объяснить не могу как сильно, – обхватываю ее щеки холодными руками, слегка поглаживаю скулы и тянусь к теплым губам. – Очень сильно.

Зарываюсь руками в ее волосы. Черт, как же невыносимо долго мне хотелось их потрогать, вот так, не боясь, перебирать их в руках. Легонько прикасаюсь к ее губам, а потом и вовсе всасываю ее сладкие губы, как одержимый. Голова кружится то ли от опьянения, то ли от понимания, что вот она, в моих руках. Ира не спешит отвечать, но буквально через считанные секунды наши языки сплетаются, и она сама тянет ко мне свои маленькие ладошки. Одной рукой легонько касается моего плеча, постепенно сжимая сильнее. Еще несколько секунд безумства, и Ира отталкивает меня. А я только сейчас понимаю, что она совершенно не умеет целоваться…

Глава 14

Глава 14

Стоим и оба тяжело дышим. Смотрю на ее раскрасневшиеся щеки и вновь убеждаюсь, что не умеет. Не умеет она целоваться вообще. Не удивлюсь, если ребенок – результат приставаний мамашиных ухажеров, а точнее изнасилования. Хотя, если вспоминать разговор, из дома она ушла в пятнадцать, а родила в семнадцать. Нет, не мамашины сожители, хотя хрен тут, что узнаешь. И так лишнего слова не вытянешь.

– Вам лучше уйти.

– Нет. Не получится. Там холодно. Не прогоняй меня, пожалуйста. Обещаю, больше не буду приставать, но если ты сама не захочешь. А Антон дома?

– Да. Спит в своей комнате.

– Понятно, – Ира подходит к комоду и берет цветы, а потом просто уходит в сторону кухни. Ну ничего, я не гордый, просто так не уйду. Прохожу за ней на кухню, облокачиваюсь о стену и наблюдаю за Ирой, которая начинает аккуратно подрезать цветы, потом достает из полки банку и наполняет ее водой.

– У меня всего одна ваза и такой букет туда не влезет.

– Одна ваза? Не порядок. У молодой девушки должно быть, как минимум, семь ваз на каждый день недели.

– Мне не дарят цветы, поэтому вазы тоже не нужны.

– Прямо-таки не дарят, совсем?

– Совсем. Вы первый, – я сейчас лопну от счастья, а еще от любопытства.

– А что так?

– А вот так, – информативно, блин, и ведь ничего не скажешь. Ирина ставит цветы в банку и поворачивается ко мне. – Артем, я неинтересный собеседник. Хотя не так. Я неинтересная девушка, с которой вы абсолютно точно теряете время. Вокруг много привлекательных особ, да и у вас уже есть подходящие кандидатуры.

– А давай я сам разберусь со своим временем и выбором. И о каких кандидатурах идет речь? Я вообще-то свободен и отношениями не обременен.

– Уверены?

– Абсолютно. Подожди. Ты что реально из-за фотографии на столе так подумала? – отворачивается и делает вид, что поправляет цветы. Господи, как все просто-то оказалось. Подхожу почти вплотную к Ире. – Ир, это моя сестра. Правда, без шуток. Нет у меня никаких девушек. Были, конечно, куча, чего греха таить, но сейчас я абсолютно свободен. Не веришь? У меня сестра приезжает через пару недель, хочешь, я тебя с ней познакомлю? Убедишься, что это одно и то же лицо.