- Артем, - кладет мне руку на плечо, а вот это что-то новенькое. – Он ребенок и как любой мальчик хочет видеть в вас своего отца. Пожалуйста, не давайте ему пустых надежд.

- Не буду я ему давать пустых надежд. А вот ты, пожалуйста, сама не тормози и будет все хорошо. Можно я у тебя поем, а потом уже выгонишь?

- Я не собираюсь вас выгонять.

- Ну, так это прогресс получается. Отпразднуем это омлетом. Пойдем, если не хочешь, чтобы я сожрал вместо яиц тебя, – беру Иру за руку и сам веду на кухню.

- А давайте погуляем все вместе со Жракой, там снежок выпал, - ну, молодец пацан, не то, что некоторые, разрулит ситуацию как надо.

- Не получится, Тоша. Ей пока нельзя гулять. Максимум отнести на снег и обратно домой.

Определенно мне нужно купить успокоительное, иначе озверею. Эта девчонка реально меня скоро доконает. Включаю плиту, наливаю масло и выливаю омлет. Ну, хоть одна радость в жизни, поем от души. Пока омлет готовится, Ира ставит чайник и делает два кофе и какао для Антона. Пока ем омлет, мысли катятся в нехорошую сторону, может напоить Иру, тогда расслабится? Нет, это, конечно, крайняк, но ума не приложу, как заполучить хоть чуточку ее внимания.

- Вкусно. Мамуля, не обижайся, но этот омлет вкуснее твоего, – я бы на месте Иры обиделся, а она сидит и улыбается. Я-то думал, что в женщинах разбираюсь, а стало быть, нет.

- Согласна. Очень вкусно. Вы молодец, Артем.

- Еще какой.

Дальше едим молча, изредка поглядываю на Иру. Водолазка ее, откровенно говоря, бесит. Зачем цеплять на себя этот траурный мешок непонятно. И волосы. Зачем их постоянно прятать? Тогда уж побрейся налысо и на заколках можно сэкономить.

- Ну, так что?

- Что? - я так задумался, что не заметил, как кухню покинул Антон, а Ира о чем-то спрашивала.

- Я чем-то обидела вас?

- Нет. Просто задумался. Ладно, не буду тебя больше доставать. Спасибо, что приютила, надеюсь, это не в последний раз.

Встаю со стула и иду в коридор. Надеваю обувь и пальто.

- Там холоднее, чем вчера.

- И?

- А вы в пальто. Хотите шарф дам?

- Не надо. Меня любовь греет.

- Артем. А что вообще происходит… Между нами?

- Отношения, Ириша, отношения! У тебя есть ровно два дня, чтобы привыкнуть к этой мысли и перестать выкать. Все, до понедельника.

 

                                                             ***

Понедельник начался бодренько и со вкусом. Точнее со вкусом корицы. По дороге на работу заехал в булочную и купил булочки с корицей. Будем брать Иришу едой, хотя сам не прочь на них покуситься. Приезжаю на работу раньше обычного, располагаюсь в кресле и тут беда пришла внезапно, громко звеня ведром и другим уборочным инвентарём, входит уборщица.

- Доброго утречка, - вот теперь я в этом сомневаюсь.

- Доброе.

- Я вам принесла подарок.

- Не стоило тратиться, Мария Ивановна,– стыдно признаться, но я уже боюсь эту бабку. Утиной походкой она подходит ко мне с каким-то свертком.

- Разворачивайте, вам должно понравиться, - беру сверток, мысленно молюсь и разворачиваю.

- Это меховые трусы и пояс.

- Да что вы говорите и зачем это мне?

- Как это зачем? Чтобы прогреть все внизу.

- Вообще-то все, что находится в трусах, перегревать не нужно, Мария Ивановна. Там, знаете ли, особые органы, требующие деликатного обращения, а вот ваши колючие трусы и пояс радости им не принесут.

- Кому им?

- Яйцам.

- Еще как принесут. Вы, поди, застудились, отсюда и писаетесь часто. Они так вам все прогреют, что мигом забудете про банку, и полуживчики ваши оживут.

- Мои живчики живее всех.

- Как это вы узнали, детей-то у вас нет. Вот прогреетесь, может и появятся.

- Я бы хоть сейчас вам доказал, что с ними все в полном порядке, но боюсь на вас это уже не продемонстрировать.

- Чур, меня.

- Вот и я говорю, чур меня, с вашими колючими трусами и поясом.

- Ну, вы только посмотрите как удобно. Потом мне еще спасибо скажите.

- Очень удобно. Прям верх комфорта, иметь каждодневный зуд в промежности.

- Да не будет у вас ничего чесаться, если, конечно, заразу, какую в дом не принесли.

- Так, все, хватит. Единственная зараза это ваши трусы. Спасибо за заботу, но со своим недержанием я сам разберусь. Можете здесь не мыть пол, тут чисто.

- Не хотите и не надо, но подарок я оставлю, вдруг пригодится. До вечера.

Вот же противная старушенция, умеет же из себя выводить. Беру выпечку и иду в приемную, Ира стоит ко мне спиной и снимает пальто. Ну надо же, сегодня мы не в мешке, а в очень даже приличном платье бежевого цвета чуть ниже колен. И волосы распустила, даже кончики волос накрутила. Вешает пальто в шкаф и поворачивается ко мне.

- Ой, доброе утро.

- Вот теперь доброе. Это тебе, - Ира берет упаковку и открывает ее.

- Булочки с корицей?