Удивленно вскидываю брови, и вопрос задаю слишком тихо. Сейчас все мое внимание сосредоточилось на воплях прокуратора, и я шокировано выслушиваю слова Шэора:

— За то, что раньше подозревал тебя. – На его лице отражается смесь угрызений совести и явного облегчения. – Я был уверен, что ты была заодно с похитителями. А теперь, когда все встало на свои места, я…

Он явно не знает, что сказать, то и дело отводит взгляд в сторону, и я понимаю, что ему нелегко даются эти извинения. Возможно, он вообще впервые в своей жизни говорит, что он был в чем-то не прав. Осознание этого, заставляет меня улыбаться. Но я комкаю улыбку, чтоб не задеть его и без того задетую гордыню.

– Я рад, что ошибался. Сильно рад, — добавляет он с облегчением.

И смотрит на меня неотрывно, словно ждет приговора.

Я на миг теряю дар речи. Шэор, этот закрытый и жесткий мужчина, теперь стоит, упорно не поднимая на меня взгляда, и я чувствую, как внутри у него бушует целый ураган чувств – вина и ликование в одном флаконе.

Во мне тоже закручиваются сложные эмоции, я оглядываюсь на Арда и Рэя, и по их намеренно незаинтересованным лицам понимаю, что, они точно все слышали от первого до последнего слова. А еще, что они, возможно, оба сподвигли Шэора на этот разговор. Хмыкаю про себя и перевожу свою взгляд обратно на среднего брата:

– Ничего, – произношу я мягко, чувствуя, как странная теплота рождается в груди. – Главное, что теперь ты знаешь правду. И спасибо, что признал это.

Ободряюще ему улыбаюсь.

На его лице расцветает такая огромная благодарность, что я смущенно отвожу глаза.

– Ладно, к делу, – негромко, но настойчиво влазит в наши переглядывания Рэй. – Мы выяснили, что прокурор отрицает любую нашу информацию. Плевать!

Шэор молниеносно откликается, согласно кивает:

– Все верно. Но бартийцев нельзя тянуть на Эмирию, это становится слишком опасно. Я возьму их “скитер”, погрузим их туда. Беру все на себя. – Внезапно говорит Шэор.

И все мы уставляемся на него. Хоть в его голосе и звенит твердое решение, все остальные: и я, и его братья смотрим на него в шоке, не веря, что он это предлагает.

Рэй хмурит брови:

– Ты, должно быть, шутишь?! Это очень опасно!

– Понимаю, – коротко отрезает Шэор. – Но мы и так ходим по лезвию. Если потащим эту банду на десантском корабле – рискуем нарваться на их бунт внутри. Да и прокурор только взбеленится. Лучше я, один, заберу их к нему на Вальгарру. Скажу, что это официальные материалы десанта, пусть разбираются, а вы… — он смотрит на меня и Арда, – завершите свое дело. Вы втроем летите на Эмирию. Лиля должна быть в безопасности.

– Но ведь тебя могут арестовать, – не могу не вставить я, чувствуя, как сердце сжимается. – И прокуратору нужна я!

– Пусть попробуют, – в голосе Шэора нет и тени сомнения, скорее в нем звучит слегка прикрытое удовольствие от риска. – Важно лишь, чтобы вас не постигла та же участь.

Ард, все это время хранивший мрачное молчание, наконец коротко бросает:

– Хорошо. – Он сжимает челюсти так, что я почти слышу, как хрустят его зубы. – Я загружу на твой носитель все протоколы, фиксацию о похищении Лили, файлы по моему ранению. Ты предъявишь это прокурору, если он еще чего-то потребует.

Потом смотрит на меня, шепчет:

– Мы втроем следуем на Эмирию. Там я найду поддержку у нашего совета, и… — он опускает глаза, будто не решается продолжать .

Сердце бьется мучительно, словно каждый его удар – это серьезное испытание.

Я вижу, как Рэй закусывает губу — он тоже не в восторге, что Шэор берет на себя такую миссию. Но все понимают: это единственный выход.

– Шэй… береги себя, хорошо? – произносит Рэйнэн, хлопает брата по плечу. Прячет свои эмоции за напускной улыбкой.

– Всегда! – коротко парирует тот, и в уголках его губ скользит легкая кривая усмешка.

Рэй громко хлопает в ладоши, словно пытаясь разогнать гнетущую атмосферу

– Что ж, решено! Шэор летит на Вальгарру, а мы… мы с Лилей и Ардом… – он бросает на меня долгий взгляд, – постараемся не попадаться на глаза прокуратору. И будем надеяться, что толпа арестованных бартийцев задобрит прокурорских, и они от нас отвяжутся уже наконец!

Шэор меряет меня пристальным взглядом, и я вижу в его глазах одновременно сожаление и радость – он, наконец, ясно понял, что я не враг. И пусть эта истина дошла до него слишком поздно, но теперь он готов пойти на риск ради того, чтобы не сдать меня в лапы нервного прокуратора космосоюза.

В каюте воцаряется тишина, и только наши взгляды пересекаются, пропуская тысячу эмоций. Я напугана за Шэора, за всех нас.

– Спасибо, – тихо шепчу я, перевожу взгляд с одного на второго, и затем на третьего: – Что не сдаете меня.

– Глупенькая, – выдыхает Рэй с улыбкой, – как мы можем?

Ард только смотрит, в его в глазах я считываю усталость и нежность.

Шэор качает головой, будто отмахиваясь от всех этих благодарностей, но я чувствую, как наше краткое примирение важно и для него. По крайней мере, я хочу в это верить.

Глава 41