Мама надолго замолчала, и я знала, что она обо мне думает. Что я сломанная, испорченная дочь, которая несется прямиком к собственному концу и даже не собирается останавливаться.

— Послушай, мы с Джоном долго обсуждали, что делать с твоей… ситуацией. Мы решили, что жить в кампусе тебе не стоит. Это слишком опасно.

— Это Хэйд-Харбор, мам. Что здесь может быть опасного? — спросила я, и от горечи губы растянулись в безумной ухмылке. Хорошо, что она меня не видела. Повторять фразы, которые люди годами твердили мне и которые оказались откровенной ложью, доставляло какое-то болезненное удовольствие.

Хэйд-Харбор, маленький городок, слишком благополучный и чистый, чтобы быть опасным… только все это было дерьмом собачьим. Здесь было ничуть не безопаснее, чем где-либо еще. Зло есть повсюду. Этот урок я усвоила на собственной шкуре.

Но я хотела жить в кампусе. Хотела держаться как можно дальше от мамы и ее нового мужа.

— В таком случае дело в том, что ты слишком непредсказуема. Мне нужно, чтобы ты жила под моей крышей, где я смогу за тобой присматривать. Тебе нужны режим и порядок…

— Нет, мне ничего этого не нужно. Мне нужно, чтобы меня оставили в покое.

Мама замолчала, а когда наконец заговорила, я поняла, что переубедить ее не получится.

— Как бы там ни было, теперь у нас новая семья, и нам нужно проводить время вместе. Этот год ты проживешь дома, чтобы мы все могли привыкнуть друг к другу.

Я остановилась посреди тротуара, захлебываясь паникой, яростью и черт знает чем еще. Можно подумать, теперь она могла вдруг начать обо мне беспокоиться, когда для этого было уже слишком поздно.

— Я даже не знаю, где находится твой новый дом, — процедила я.

Несколько лет едва сводившая концы с концами, мама наконец сорвала джекпот и заполучила себе еще одного богатого мужа. Роль бедной вдовы была явно не для нее, поэтому она поспешила избавиться от призрака моего отца при первой же возможности. По крайней мере, мне не пришлось на это смотреть, и слава богу. Она встретила Джона и уехала с ним в Нью-Йорк, оставив меня в Калифорнии зализывать раны и все глубже погружаться в хаос.

С новым мужем я виделась всего раз, уже после их свадьбы. Они сбежали на Гавайи и поженились перед кучкой незнакомцев. Меня это вполне устраивало. Со сказками о «долго и счастливо» я покончила навсегда.

— Я пришлю тебе геолокацию, — невозмутимо сказала мама, будто не было ничего ненормального в том, что я даже не знала ее адреса в городе или что она фактически заставляла меня жить с ней и ее новой семьей.

— Не могу дождаться, — огрызнулась я, прежде чем она повесила трубку.

Я опустилась на грязный бордюр и уставилась на тележку из супермаркета, которую кто-то бросил посреди улицы.

Значит, мама решила поиграть в счастливую семью со своим новым мужем и его сыновьями?

Прекрасно. Стоило мне подумать, что хуже жизнь уже стать не может, как она нашла способ доказать обратное.

Молодец, мам.

4.Броуди



Когда в пять утра зазвонил будильник, я впервые за много лет всерьез задумался о том, чтобы выключить его и перевернуться на другой бок. После того как вчера вечером я промок, спасая эту неблагодарную дикарку, голова была как в тумане.

Недосып — не повод быть неудачником, Броуди. Соберись и будь мужиком.

Голос отца превратился в мой собственный внутренний монолог. Ему даже не требовалось стоять надо мной и осуждать каждый мой недостаток. В последнее время я прекрасно справлялся с этим сам.

Поэтому я встал и отправился в спортзал. К счастью, в новом доме, который отец только что купил в Хэйд-Харборе, в подвале был полностью оборудованный тренажерный зал. После часа изнурительного кардио и работы с тяжелым весом я отправился в сауну. За сауной последовало погружение в холодный бассейн на заднем дворе с видом на окутанное туманом побережье Мэна. Холод обжигал, мышцы кричали, но я терпел боль. Разум сильнее тела во всем. Только так и стоило жить.

Все тело гудело от энергии, и, обернувшись полотенцем, я направился в свою комнату, чтобы принять душ.

Выглянув наружу, я увидел на подъездной дорожке машину отца.

Прекрасно. Значит, его новая жена, скорее всего, уже здесь и вот-вот начнет навязывать нам свое общество. Пусть наслаждается своим положением, пока может, потому что продлится это недолго. Я не позволю.

Я принял душ и быстро оделся, понимая, что скоро отец позовет меня вниз кланяться новой хозяйке дома.

От всей нелепости этого спектакля в крови закипала злость. Отец будет делать вид, будто не угодил в ловушку охотницы за деньгами, новая жена — будто любит его за паршивый характер, а я — будто не ненавижу их обоих.

Счастливая семейка.

Впрочем, Синклеры никогда и не были счастливой семьей, так что все вполне логично.

Отец был на кухне. Артур, его бессменный помощник, готовил ему кофе именно так, как тот любил. Новая жена стояла рядом и наблюдала.