— Верно, — сказал он, не понимая, почему её слова так на него подействовали. Он должен был радоваться, что она не желает идти с ним. Никаких пилёжек и командования, и всё такое.

За исключением того, Киллиан чувствовал уверенность, что ему бы очень понравилось, если бы Рен пилила его и командовала им, и он не думал так о любой другой женщине.

— Может, нам тогда разделиться, — предложила Рен. — Так мы сэкономим половину времени на прочёсывание дворца.

— Ладно, если ты считаешь, что так лучше, — пробормотал Киллиан. — В конце концов, не уверен, что смогу переварить тот жуткий план, который ты наверняка заготовила для Пэна. Позволю тебе позабавиться с этим, пока я сосредоточусь на том, чтобы достать компас.

— Только не смей сбежать с ним без меня, — предупредила его Рен, глаза её пылали. — Ты знаешь, на что я способна, если сделаешь это.

— Просто убедись, что встретишь меня у корабля, и не сделаю. — К его удивлению, он даже не рассматривал этого. Забрать компас себе и оставить её в беде. Но почему же? Это ведь было похоже на него. С любой другой он уже планировал бы это.

Оглушённый и слегка смущённый, он смотрел, как она уходит, её пышные тёмные волосы покачивались у поясницы, пока она удалялась. Стряхнув с себя оцепенение, он зашагал вперёд с весом некоего круглого предмета, прожигающего дыру в его кармане.

Осторожно он засунул руку в карман и нащупал гладкий, круглый край предмета внутри. Ему нужно было держаться курса и не позволять себе отвлекаться на сирену, из всех вещей. Он был умнее этого. Мудрее. Знал, какое опьяняющее действие они могут оказывать и как используют это в свою пользу. Если он не будет осторожен, она приведёт его к водяной могиле прежде, чем он успеет отправить Пэна в его собственную.

Он нашёл то, что искал, вскоре после этого.

Прислонённый на пьедестале под стеклянным колпаком стоял компас, посреди небольшой комнаты в одной из башен. Пространство было забито вазами, статуями и картинами, но лишь одна из них оставалась открытой: король, женщина и десять юношей, которых Киллиан никогда прежде не видел, но представлял, что это были предсказанные сыновья Пэна. Сыновья, которым Киллиан ни за что не позволил бы страдать под пятой Пэна, если бы это от него зависело.

Быстро он приподнял стеклянный колпак и убрал компас в карман, заменив его вместо этого предметом, который носил годами.

Карманные часы. Их тиканье звучало громко, несмотря на малый размер, — совсем как сердце Анджелы, пока Пэн его не разбил.

Он почти видел это — лицо Пэна, когда тот придёт за компасом и найдёт вместо него часы, — и наслаждался знанием, что Пэн сразу поймёт, что это значит, и что он поймёт: это Киллиан забрал у него то, что сам Пэн забрал у Киллиана.

Отвязав верёвку, накинутую на плечи, Киллиан привязал её к статуе, которая казалась достаточно тяжёлой, чтобы выдержать его вес. Затем выбросил верёвку в окно и приготовился последовать за ней, почти сожалея, что они потратили всю волшебную пыль.

Несмотря на все его планы и мечты о мести, он ни разу не думал, что будет взбираться по одной из башен Пэна. Но вот Киллиан висел на верёвке, как какой-то сказочный принц, карабкающийся по волосам принцессы, чтобы спасти её из одинокой башни, — только его девица в беде была где-то в другом месте и, вероятно, причиняла беду кому-то другому.

Именно эта мысль заставила его спускаться быстрее, заработав пару верёвочных ожогов в своём рвении поскорее достичь земли и найти Рен. Несмотря на то, что она сказала, он, по крайней мере, позаботится о том, чтобы она выбралась невредимой из гнева Пэна.

Будь он проклят, если потеряет ещё одну женщину из-за короля-дикаря.

Не успели его ноги коснуться земли, как он отпустил верёвку и поспешил через дворцовые угодья, направляясь к другой стороне скал и маленькой бухте, где велел своим людям ждать с кораблём. Он лишь надеялся, что Рен добралась туда раньше него.

К тому времени, как он достиг корабля, он был потным и запыхавшимся, взбираясь по последним ступеням трапа на палубу с торжествующей улыбкой на губах.

— Компас у меня, ребята! Готовьте корабль и поднимайте паруса, пока Пэн не понял, что он пропал. Кто-нибудь видел Рен…

Улыбка умерла на его губах, а слова оборвались, когда он увидел своих людей, привязанных к мачте и удерживаемых на острие копий королевскими солдатами. По палубе кружил сам бог, корона криво сидела, рука почёсывала подбородок, а двое его солдат тянули женщину — Рен, связанную и вырывающуюся из пут, — к доске.

Медные путы, которые лишат её доступа к магии.

— Вообще-то, Кук, она прямо здесь, — сказал Пэн. — Вопрос в том, что ты дашь мне, чтобы спасти ей жизнь?

Глава 6

Тикающие Часы