- Черт, я не подумал, сейчас, - и сразу же вышел в ванную комнату. Я услышала, как включилась вода, потекла сначала спокойно, медленно, а потом забилась водопадом о борта.

Мой похититель вышел буквально через две минуты, с одним полотенцем на бедрах, но вперед него вошел новый аромат – мыла, воды, свежести, и…его самого.

Он вытянул руки вперед, показывая, что все в порядке, опасности нет:

- Я не хотел тебя пугать. Забыл. Прости.

Я кивнула своей мохнатой башкой.

- Нет, так не пойдет, - он уселся на кровать и повернулся ко мне. – Тебе нужно быть человеком. Во время течки волчица должна много есть, спать, и как можно меньше быть волком.

Чувство опасности схлынуло, и мне хотелось его послушаться, тем более, что голос был очень доброжелательным, от мужчины хорошо пахло, даже слишком хорошо…

- Да, ты не должна мне доверять, - вдруг нарушил тишину мой похититель. Он сел поглубже на кровати, прислонился спиной к стене, заложил руку за голову и разлёгся в расслабленной позе. – Но мне хочется, чтобы это изменилось.

Он не смотрел на меня, и был отстранён. Создалось такое ощущение, будто он дает мне возможность сделать выбор, но при этом сам не уверен, готов ли.

- Я знаю твое имя, но ты не знаешь моего. Я – Алекс Райтер. И это не правда. Дада, ты не ослышалась. Я родился в российской деревне оборотней, и при рождении меня назвали Александром. А вот это – правда, как она есть. Почти три года назад я сбежал оттуда. Не один, – тут он замолчал, и вдохнул в себя воздух, как если бы затянулся крепкой сигаретой. – И два года провел в тюрьме твоего города.

От этой новости я подскочила как ужаленная и посмотрела в сторону двери. О, Луна. Она была приоткрыта. Похити…Алекс давал мне возможность уйти! Я озадаченно переминалась с лапы на лапу.

- Я не совершал преступление, которое мне инкриминировали, - продолжал он. – Это правда. Это была не просто подстава. Я просто ничего не мог и не хотел делать. Все два года, что я провел в тюрьме, мне кололи наркоту. Держали на шприце, чтобы я не мог перевоплотиться в волка и сдох скорее. И все бы так и случилось, если бы меня не оправдали благодаря одному человеку. У него свои счеты с моим врагом, меня они не касаются.

Слушая его спокойный рассказ о себе, я понимала: он не врет. Все, о чем он говорил – было правдой от начала и до конца, иначе воздух в комнате был бы совершенно другим.

Он впервые говорил так много и так откровенно, и я понимала, что другого такого случая больше не будет. Что-то сдвинулось в нем, произошло, и именно поэтому сейчас наступил период, когда ему нужно хоть немного побыть ЧЕЛОВЕКОМ.

Алекс…нет, не похититель – Алекс…

- Амалия, - он внимательно посмотрел на меня. – Твой муж должен ответить за свои грехи. И за один большой, самый большой грех в его жизни.

Он задрал голову вверх и будто бы провалился в воспоминания.

Дверь так и оставалась открытой, и на самом деле, я могла бы спокойно выйти. По крайней мере, добежать до двери первого этажа, но я этого не сделала.

Как говорят – твой враг – мой враг?

Чуть дернувшись, вытянулась на полу уже женщиной. Присела на край кровати к Алексу и задала вопрос, на который давно должна была получить ответ:

- Алекс… Зачем ты похитил меня? Зачем я нужна тебе?

Амалия

Он перевел на меня свои невероятно синие глаза и мое сердце забилось раненной пташкой, заключенной в маленькую не по размеру клетку.

- Ты должна была стать разменной монетой в моей войне с Клаудом.

Я кивнула, показав, что принимаю его слова. С моим, черт подери мужем, хотят воевать те, кто имеет хоть какой-то запас прочности, и хоть какое-то представление о морали. Но их единицы. И не все доживают до утра, потому что перейти дорогу мистеру Блэквуду и не поплатиться за это – нереально.

- Ты нашел кое-что у меня и забрал, - я взглянула на него из –под полуопущенных ресниц. –  Значит, я больше не нужна тебе?

Не знаю, какой ответ я хотела услышать. Ведь если он воспользуется моим компроматом, то легко может сделать с Клаудом все, что угодно: сдать властям, отдать членам другой стаи оборотней для суда Линча, или даже самому совершить самосуд. А это значит, то теперь я ему не буду нужна для шантажа или вымогательства.

Но мое нутро, мое внутреннее «я» сопротивлялось, почему-то все внутри пыталось сказать мне то, что я была не готова услышать: я не хотела уходить. Мне не хотелось покидать мой плен, потому что тогда я бы лишилась тех крупиц внимания и заботы, что я не получала за последние годы своей жизни.

Это была какая-то не логичная ситуация, странные чувства: мне нужен был этот волк рядом, я хотела вдыхать его аромат, его запах, наслаждаться его близостью, ощущать его прикосновения на своей коже. Как же мне хотелось, чтобы все, что между нами произошло до того, как он раскрыл свою сущность, пропало. И я бы никогда не знала его, не ПОЗНАЛА, не ВКУСИЛА.