Тень прошла. Заклинание двинулось дальше, устремившись на восток, к лагерю. На другом конце города она увидела еще больше ветвей, уходящих вдаль, затемняя южное небо. Могло ли это заклинание достичь другого берега моря и охватить Саммерсвелл своей тенью? Она подумала о Дервине на Великой Топи, представила, как он видит эти мрачные ветви, нависающие над ним. Если заклинание лишает смертных разума и памяти, показывая, что в глубине души они всего лишь дикие звери, что это сделает с тем, кто держит в цепях темного лорда?

Разрушить заклинание. У Альфа — если он еще жив — был Разрушитель Чар. Она отослала его прочь. Она освободила Скеррис. Все это было ее делом, ее ответственностью.

Разрушитель Чар был далеко, но существуют и другие способы разрушить заклинания.

Ольва догнала отряд Убийцы Драконов на большой площади. Серлис прислонилась к стене у подножия гигантской статуи эльфа, хватая ртом воздух. Каменное лицо с совершенным спокойствием наблюдало за кровавой бойней. Они прорубили себе путь сквозь толпу защитников. Трупы рогатых ватлингов лежали повсюду, растворяясь в ту же кашу, что и колоссальные туши забитых отродий Ям. Смертные солдаты тоже пали здесь, изрубленные, расцарапанные когтями или разрубленные на части с такой силой, что выглядели такими же уродливыми, как ватлинги после смерти.

Четыре улицы расходились от четырех углов площади.

«Куда идти?» — спросила Серлис. Некрад играл с пространством, и Ольва была единственной из компании, кто раньше ходил по этим извилистым улицам.

«Дайте мне минутку».

«У нас мало времени, Старица», — произнес один из Диких. Один из братьев Эрналы.

Она, прихрамывая, пересекла площадь, чтобы сориентироваться. Безмятежная статуя, дворцы вокруг — все это было Ольве знакомо. Она бывала здесь раньше, целую жизнь назад. Там, посреди площади, был вход в Ямы. Колодец шириной пятнадцать футов. Она и Альф спустились туда в поисках Дервина. Вниз, в темноту.

Теперь колодец был запечатан. Ворота, выкованные дварфами, которые Альф разбил Разрушителем Чар были заменены кругом из какого-то серебристого металла, испещренным астрологическими рунами, как будто великан уронил серебряную монету.

Кромка этой великанской монеты дрожала. Призраки скопились там, втискивая свои призрачные тела в узкую щель между дверью и краем колодца. Призраки не выносили солнечного света, но в Некраде были гораздо лучшие места для укрытия, чем середина широкого двора. Почувствовав ее присутствие, призраки выползли из укрытия, один за другим поднимаясь и маня ее, безмолвно взывая к ней — а затем сгорали на солнечном свете, исчезая в небытие.

Они звали ее сюда. Ольва опустилась на колени и постучала по металлической пломбе.

Откуда-то снизу донеслись эльфийские голоса, зовущие на помощь.

«Мы должны открыть это!»

«Нет времени», — прорычал Дикий. Он оглядел окружающие здания, глаза его были полны ужаса. «Небо темнеет».

Железная Рука взглянул на Серлис. Она быстро кивнула. «Открой».

Он отложил Светлый меч, наклонился и сжал не реагирующие, бесчувственные пальцы своей металлической руки, просунув их в крошечную щель. Потревоженные призраки пролетали мимо него. С огромным усилием, напрягая все мышцы и сухожилия своего массивного тела, он сдвинул пломбу на дюйм в сторону — этого было достаточно, чтобы он смог крепче ухватиться за металлическую дверь, и чтобы другие руки могли присоединиться к нему в этом деле.

Металл заскрежетал по камню — и тут же подуло зловонным воздухом. Оставшиеся призраки с благодарностью скользнули в укрывающую их темноту. Железная Рука с рыком боли оттолкнул пломбу в сторону.

Со дна шахты на них смотрели бледные лица. При виде смертных они испуганно вскрикнули.

«Там внизу эльфы!» — крикнул рыцарь. Он направил на них арбалет, предназначенный для уничтожения эльфов. «Вы колдуны или лесные эльфы?»

«Это не имеет значения». Серлис подскочила к краю шахты и откинула плащ, чтобы они могли ясно видеть ее доспехи в бледном свете солнца. «Я Серлис из Эрсфеля. Меня обучал Альфрик Ламмергейр. Я сражалась бок о бок с эльфами-колдунами и лесными эльфами. Это доспехи Ильдорэ. Это ее кинжал — его мне дала Лаэрлин из Эвервуда. Я друг Селемоса. Он среди вас?»

Высокая эльфийка протолкалась сквозь толпу и посмотрела на Серлис. «Селемос — мой сын. Скеррис прислала весть, что он вернулся в Некрад, но она не позволила мне увидеться с ним».

«Ваш город пал, — сказала Серлис, — а ваша королева сошла с ума. Она высвободила темную магию. Мы собираемся убить ее, чтобы остановить действие заклинания».

Ольва подняла с земли меч. Тот принадлежал одному из павших солдат. Это был старый меч, меч Лиги, один из тысяч, спешно изготовленных для защиты от армии лорда Боуна пятьдесят лет назад. Не богато украшенное, дорогое оружие богатого рыцаря или эльфийского принца. В нем не было магии, с ним не было связано никаких легенд. Заточенная металлическая палка, созданная для убийства. Им можно было пользоваться при завоеваниях и резне, а также при защите домашнего очага. Она передала его Серлис.

Убийца Драконов предложила его эльфам. «Присоединяйтесь к нам».

Элитадил приняла меч.

С эльфами, которые вели их, они почти достигли цели.