"Потом обратно на юг, через Дварфхольт и Клефт. Я думал, что вернусь домой. Раньше я даже не добирался до Хайфилда... " Он покачал головой. "Никто меня не помнил. Они, конечно, знали Ламмергейра, так что я сидел по правую руку от всех лордов и спал в кроватях с шелковыми простынями, все лизали мне задницу и рассказывали всякую ерунду, не имеющую значения, о придворной чепухе. Но никто меня не знал. Да и зачем им это? Я не возвращался с тех пор, как отправился на поиски приключений. Большинство детей, которые убегают, оказываются мертвыми в какой-нибудь норе гоблинов в течение месяца, так что они, вероятно, думают, что я умер двадцать лет назад".

"Ты мог бы рассказать им, кто ты такой".

"И что потом? Говорить о свиноводстве, погоде и сплетничать о людях, которых я не знаю? Или чтобы за моей дверью весь день и всю ночь стояла вереница дальних родственников, с которыми я не знаком, и просили об одолжениях? Или мне следовало поговорить с ними о чертовых эльфах-колдунах, или ватлингах, или проблемах с Лигой?"

"Но ты не пошел домой?"

"Я пошел. Я пытался". Он бросил миску, и она исчезла, не успев упасть на землю. "Я сидел на холме, Ян, и смотрел вниз на Малладейл. На Эрсфель. Деревню, из которой я родом?"

"Я помню".

"Она выглядит так же, как и до войны. Снова мирная и счастливая. Они забыли о войне. Они думают, что с ней покончено. Там все еще есть монстры, Ян. Мы должны быть начеку. Девять должны быть готовы, все, кто от нас остался. Я не могу вернуться домой, пока работа не будет сделана".

Ян вздохнула, выпустив небольшой клубок серебристого тумана. "Я бы хотела, чтобы этим кем-то был не ты, Альф. Хотела бы я сказать тебе, чтобы ты вернулся домой, в Эрсфель. Или куда-нибудь в более спокойное место. Тебе нужно больше времени, чтобы прийти в себя".

Альф пожал плечами. "Нет. Так будет лучше. Я слишком долго ждал, Ян. Мне нужно кого-нибудь убить. Скажи, зачем ты звала?"

"Я вижу силуэты, движущиеся за завесой. В стране действуют силы. Новая опасность – или возвращается старая, я не могу сказать. Тьма поднимается". Ян рассмеялась. "Прости - я знаю, как ты расстраивался, когда речь шла о пророчествах и видениях, а тут я даю тебе еще более смутные предзнаменования".

"Я не собирался ничего говорить".

"Я больше не смотрю глазами смертного, Альф. Я пытаюсь выразить духовные впечатления словами, которые не годятся для этого. Лучше на эльфийском языке - morthus lae-necras I'unthuul amortha. Наступают плохие времена. Если ты когда-нибудь доверял мне, Альф, доверься и сейчас. Я не могу сказать, что произойдет, но я это знаю. Это как плавать в океане и чувствовать, как вздымается огромная волна, прежде чем она достигнет своего пика. Тьма поднимается, и ты должен противостоять ей".

Она нахмурилась. "Где твой меч? Ты ведь не потерял самое мощное магическое оружие Врага? Оружие, выкованное во тьме, чтобы принести гибель миру?"

"Он там, наверху". Он кивнул в сторону края долины. "Сказал, что не может проникнуть в святая святых или что-то в этом роде".

"Меч создан, чтобы поглощать магию, Альф. Даже самые сильные заклинания не могут его повредить".

"Ублюдок солгал мне".

"О, Альф. Держи этот меч поближе. Он - часть всего этого... этой надвигающейся тьмы".

"Причина или оружие против?"

"Если бы я знала это, Альф, ты бы не жаловался на мистические пророчества. Я могу сказать, что он важен, но не могу сказать, как. Держи его рядом с собой - но остерегайся".

"Хорошо. Где эта надвигающаяся тьма?"

"Этого я тоже точно не знаю - но я точно не могу видеть внутри Некрада. Город для меня закрыт. Так что, что бы ни происходило, оно начинается там. Или обитает там". Она посмотрела на небо. На небе появлялись звезды, и здесь, в долине, они сияли очень ярко. "Возможно, это Оракул."

Альф кивнул. В этом был какой-то ужасный смысл. Из всего двора ужасов лорда Боуна, всех созданных им лордов-вампиров и монстров, Оракул была единственной, кто избежал правосудия. Лаэрлин рассказала им, что Оракул была старейшим матриархом эльфов-колдунов, вершительницей судеб, которая навлекала беду на врагов лорда Боуна. Она сбежала до начала осады. Альф предположил, что она умерла или исчезла. За все годы, что он провел, охотясь на слуг Боуна, он не нашел ее следов, но у эльфы-колдуны обладали вечным терпением. Многие годы он беспокоился, что она выжидает своего часа, ждет, когда они уйдут.

Из восьми оставшихся в живых Девяти Героев все, кроме одного, были смертны.

"Хорошо. Я скажу им". Он помолчал. "А как же Турн? Он был первым, кто ушел - я имею в виду, покинул нас". Не первым умер.

"Я послала ему тот же сон, но он очень далеко, - ответила Ян, - я позвала всех, кого смогла, и ты пришел первым. Мой сон не смог проникнуть в Некрад. Мне нужно, чтобы ты стал моим посланником, Альф, и передал это предупреждение".

"Хорошо."

"Как бы то ни было. Если бы я ясно видела опасность, то бы сказала тебе, но я не вижу".