Альф разбирался в теологии наравне с историей.

"Ты думаешь, я говорю как те сумасшедшие монахи, которые просили милостыню во время сбора урожая, когда ты был мальчишкой", - сказала Ян, озорная улыбка заиграла на ее тонких губах.

"Мне не нравится, когда люди читают мои мысли, - огрызнулся Альф.

Ян вздрогнула, и вся ее фигура исчезла на мгновение. "Я не читала, - сказала она, - я бы не стала этого делать. Мне не нужно, Альф, я знаю тебя в лицо. Я могу сказать, когда у тебя возникают сомнения".

"Да, хорошо. У меня так редко возникают мысли, что я хочу оставить их при себе".

"И твоя мысль была верной. Те монахи были одними из последних последователей Просветленного. Они были хранителями древней традиции, первого пути человечества к свету. Лесные эльфы научили нас другому пути - через Заступников. Когда-то я следовала эльфийскому пути, но сейчас придерживаюсь более древнего".

"Ты больше не веришь в Заступников?" Альф никогда не был особенно набожным, но благоговение перед Заступниками глубоко укоренилось в нем. Ему всегда нравилась мысль о том, что даже когда все кажется самым мрачным, мудрые силы присматривали за каждым.

"О, духи реальны. Но они больше не разговаривают со мной. Я потеряла благословение еще до того, как мы добрались до Некрада. Я надеялась, что они вернутся после того, как мы победим Лорда Боуна, но они не вернулись". Она улыбнулась. "Все вышло не так, как мы надеялись, правда?"

"Я не знал". Он перестал есть. "Но ты помогала нам молиться. Читали литании и все такое. Приняла исповедь у Пейра". По правде говоря, Альф никогда не находил особого смысла в молитвах. Все это казалось ему пустой тратой времени. Он всегда мог придумать что-нибудь более полезное, чем сидеть и слушать литании. Но он сидел и слушал, хотя бы ради Пейра, это приносило ему утешение.

"Я все еще была вашим клириком. Даже если мои собственные убеждения пошатнулись, я все равно могла бы произносить эти слова, если они помогали тебе. Вера - странная штука, Альф. Если ты верен чему-то, если ты держишься за это всеми силами, телом и душой - ты можешь творить чудеса. Пейр так и сделал. Он никогда не переставал верить, даже когда все казалось безнадежным. И он провел нас через это". По ее лицу пробежала грустная улыбка. "Мои собственные сомнения не имели никакого значения по сравнению с его уверенностью. Это было то, в чем мы тогда нуждались. Теперь... теперь все зависит от нас, кто остался. Ну, или от тебя".

"Ты не вернешься в Некрад".

"Я не могу". При мысли о возвращении в город лорда Боуна свет ее души на мгновение замерцал. "Скажи, где ты был, когда я звала? Мои сны-послания не могут проникнуть в Некрад, поэтому я знаю, что тебя там не было, когда ты получил мое сообщение. Почему ты покинул город?"

В самом деле, почему? "Я был ранен, - медленно произнес он, - там, в Ямах. Линнорм отравил меня. Целители, конечно, подлатали, но... " Он поводил ложкой по тарелке, как будто ответ был скрыт в рагу, которое, скорее всего, было иллюзией или притчей во языцех. "Но я знал, что облажался. Ослабил бдительность. Мне нужно было прийти в себя, поэтому я пошел прогуляться". Он неловко сдвинулся с места и посмотрел на свои ноги. "Я хожу уже несколько лет".

"Ты был тяжело ранен", - сказала Ян, ее голос был полон беспокойства.

"Бывало и хуже, - солгал Альф. Или солгал наполовину. Конечно, во время войны он получал ранения и похуже. Но тогда он никогда не был одинок. Если он падал, то Турн, Гундан или Пейр вступали в бой, чтобы удержать строй, Ян, Блейз или Лат лечили его раны. Но он был один, когда столкнулся с линнормом, один, когда полз обратно через бесконечные Ямы. И почти один, когда умер.

"Куда ты пошел?"

"Сначала на север. Через Новые Провинции. Ты не поверишь, как они разрослись – они строят форты по всему краю леса и расчищают сельскохозяйственные угодья. Через Некрад сейчас идут огромные толпы людей, ищущих счастья на границе. Гномы тоже. Они находили холмы, полные золота. Они нашли холмы, полные золота. Сначала я отправился на поиски Турна, но не смог его найти. Дикие ушли в дремучий лес". Он искал племена в первобытной глуши, запутанной и неприветливой. Он бродил там и в пустошах месяцами и почти не встречал живых смертных. Дикие избегали его намеренно. Меч, который он носил, внушал им ужас: оружие, выкованное эльфами-колдунами.

Турн всегда напоминал им, что эльфы-колдуны покорили Диких задолго до того, как те напали на остальной мир.

"Я искал... не знаю. Неприятности. Зло. Я обшарил все старые крепости эльфов-колдунов, какие только смог найти, в поисках всех союзников Боуна, которые успели сбежать. Я отправился охотиться на дракона, о котором слышал в Новых провинциях. И все напрасно".

Альф закрыл глаза. Его сердце колотилось так, словно он был в гуще сражения, хотя он знал, что бояться нечего. В мире было мало более безопасных мест, чем эта долина.