Тех, кто был ранен более серьезно, могла спасти доза целебного настойки, но что будет со следующим раненым солдатом, который войдет в дверь? Ей приходилось решать, у кого из них лучшие шансы на выживание. Ужасно, но она была способна на такое - еще на ферме у нее было чутье на то, какой теленок выживет, а какой нет, и она научилась отбрасывать чувства и смотреть на вещи ясными глазами. Но каждый раз, смывая кровь или снимая шлем, она видела лицо Дервина. Она знала, что ее сына здесь нет, что он в каком-то тайном логове Люльфа Мартенса, но все равно каждый раз в ней вспыхивала маленькая искорка надежды, смешанная со страхом.

Она слышала, как в соседней комнате старая жрица молилась, чтобы духи спустились и исцелили раненых, отдавая приказы Заступникам так же, как она разговаривала с ватлингами, требуя, чтобы они ее слушались.

"Они послушались ее в Атаре, - прошептал один из слуг. "На ее зов прилетел Заступник и исцелил сына графа Дуны. Теперь его называют Рыцарь Чуда, Идмаер Безрукий".

"Ах, он сын графа", - сказал другой. "Конечно, небеса открылись для него. Но не для таких, как мы. И не здесь".

Жрица измучила себя безответными молитвами и покинула больницу, чтобы отдохнуть. На город опустилась ночь, и бои стихли. Раненый солдат объяснил Ольве, что Лесные эльфы обладают ночным зрением и могут пустить стрелу в сердце Дикого даже при тусклом сиянии некромиазма, поэтому те отступают из зоны досягаемости, укрываясь в ночи. Ольва поняла, что ей неприятно это облегчение. Когда не было времени на отдых, не было времени и на беспокойство. Тишина позволяла страху найти ее.

А ей не хотелось беспокоиться.

"Ламмергейр!" - недоверчиво выдохнул один из раненых. В дверном проеме показался силуэт Альфа. Солдат попытался привстать, но у него вырвался кровавый кашель.

"Есть новости?"

Альф снял шлем. Его лицо было мрачным.

ГЛАВА 36

Альф знал, каково это - быть объектом охоты темного лорда.

Сейчас все было по-другому. Что-то было не так.

Нападение Диких на Некрад было не таким, как он ожидал. Он ожидал, что Смерть будет впереди, как Девять возглавили нападение на Некрад. Ожидал надвигающейся тьмы, о которой предупреждала Ян, тени с севера, Смерти, поглощающей горизонт. Ожидал, что за спиной у нее будет стоять орда живых и мертвых, племена, которыми командовали герои вроде Турна. Это должно было быть похоже на Даэрох Нал, как у Бавдуина - всепоглощающий удар молнии, сокрушающий стены города.

Вместо этого нападение Диких было разрозненным и нескоординированным. У них было численное преимущество, и их первоначальная атака имела все признаки лидерства Турна. Пробраться через Вольности и перенести бой на улицы - Альф почти слышал голос Турна, отдававшего приказ о такой стратегии. Или, зная Турна, молча тыкать пальцем в карту, нацарапанную на грязи, пока все остальные не подхватят его мысль.

Но после первого дня все пошло наперекосяк. Дикие бросились на стены, но их снова и снова оттесняли назад. Они сражались с фанатичной храбростью, но храбрость против каменных стен и магического оружия ничего не значила. Это напомнило Альфу о войне лорда Боуна, когда некоторые племена Диких все еще поклонялись эльфам-колдунам как богам. Они сражались точно так же, отчаянно желая угодить божеству, принося свою смерть в жертву, как доказательство преданности.

С другой стороны, это была настоящая бойня.

"Это уловка, - настаивал лорд Вонд, - чтобы заманить нас и заставить растратить силы на первую волну".

"Она ждет противника", - предположил сэр Прелан. "Нам следует послать герольда, чтобы обсудить время и место для состязания чемпионов".

"Это магический обряд", - нараспев произнес один из магов Лиги, который консультировал совет. (Блейз заперся в своей башне и не проявлял никакого интереса к войне, бушевавшей у его порога). "Как истинные маги черпают свою магию из звезд, а перевертыши - из земли, так и Смерть должна черпать силу из смерти. Каждый из сородичей, который погибает, делает ее сильнее".

"Я видел павших, которых она привела с собой к Бавдуину, - пробормотал Альф, - но Дикие, которого мы убили, в основном остались мертвы".

"Она оплакивает своего отца", - тихо сказала Лаэрлин. "Бедный Турн".

"Она уже убила вас всех, - хихикнул Разрушитель Чар, - а вы бродите по Серым землям в отрицании, слишком глупые, чтобы понять, что произошло".

Альф пересек границу Вольностей. Ворота Гарнизона были запечатаны и заперты, поэтому он вызвал дредворма. Червь оказался тощим экземпляром; он подумал, не повредили ли бури, обрушившиеся на некромиазм, стаю дредвормов. Тем не менее он перенес его через стены в Вольности.

В полете он увидел на улицах небольшие баррикады. Разные жители - ватлинги, огры, эльфы - отгородили от города пригодную для обороны часть, маленькие островки в волне вторжения. Ватлинги в основном скрылись в Ямах; огры, похоже, были разгромлены, судя по огромным трупам, усеявшим их анклав. Он трижды пролетел над Домом Рогатого Змея, а затем посадил дредворма во внутреннем дворе; под его чешуйчатым брюхом захрустел зеленый снег.