— Поверь мне, она будет в безопасности. — Салем посмотрела на него и повернулась к Казу, который кивнул ей. Ее напряженные плечи слегка расслабились.

Один из мужчин в костюмах, похоже, главный, кивнул парню, несущему Мелиссу.

— Спасибо. Пожалуйста, убедись, что она в безопасности.

Парень ушел с Мелиссой, а главный посмотрел на Барона и Каза, которые стояли рядом с Салем.

— Добро пожаловать в общество, мистер Уитмор и мистер Ван-дер-Ваал. Вы оба успешно завершили свое посвящение. Пожалуйста, идите, а мы разберемся с этой… неприятностью.

Каз снова поднял ее.

— А что с наркотиком?

— Он выведется из ее организма в течение следующих двадцати четырех часов, — мужчина посмотрел на Салем. — Приношу свои извинения, мисс Салазар. Мы очень хорошо знали вашего отца и заботились о вашей семье. Пожалуйста, берегите себя.

Он кивнул парням, и Каз вышел с ней из туннеля, Барон шел впереди, помогая ей подняться по лестнице и выйти на воздух.

— Еще немного, и ты бы всё испортил, — сказал Каз Барону, крепко прижимая ее к себе, пока они шли обратно.

Барон пожал плечами.

— Я появился вовремя, не так ли? Всегда пожалуйста.

Эти двое никогда не станут друзьями, хотя сейчас они были союзниками.

— Ты в порядке? — спросил ее Каз, и она просто подняла на него глаза, не в силах выразить словами всё, что чувствовала. Физически она была в порядке, но в голове у нее всё смешалось.

— Ты можешь говорить, Салазар, — сказал Барон, как будто приказ заставил бы ее нарушить молчание.

Каз поцеловал ее в макушку.

— Всё хорошо. С ней всё в порядке. Она просто поспит, и всё будет хорошо. — Казалось, он говорил это скорее для того, чтобы убедить себя, чем ее.

Она ничего не ответила, и они пошли обратно в кампус под полной луной, оставив вопросы на завтра.

 

 

ГЛАВА 37

Сердце человека очень похоже на море,

в нём случаются бури, приливы и отливы,

и в его глубинах точно так же скрываются жемчужины.

— Винсент Ван Гог, «Письма Винсента Ван Гога»

 

САЛЕМ

Она чувствовала себя больной.

Салем ворочалась в постели, ощущая себя так, словно столкнулась с грузовиком и проиграла: тело болело, суставы ломило, ступни пульсировали, лицо распухло. Она попыталась вспомнить, чем это вызвано, и постепенно воспоминания вернулись к ней.

Ночь.

Маяк.

Пещера.

Каз.

Он сидел у ее ног, стянул носки, которые она даже не заметила, осмотрел ее на предмет ран, а потом поднял на нее глаза.

— Привет. — Он подошел и сел рядом с ней, откинув локон с ее лица. — Как ты себя чувствуешь?

— Как зомби, — прохрипела она, радуясь, что наконец-то снова может говорить. Она не собиралась принимать это дерьмо как должное.

Он взял с приставного столика стакан воды и поднес к ее губам. Она пила, мучимая жаждой, пока не выпила почти полностью. Устав даже от питья, она со стоном опустилась на кровать и посмотрела в окно.

Было темно.

— Как… долго? — Она говорила невнятно, веки слипались.

— Всего несколько часов, — ответил он. — Ложись спать.

— Хорошо, — пробормотала она, уже отключаясь.

 

***

 

На следующее утро Салем выволокла свою задницу из пустой постели, разбуженная светом, льющимся из ее разноцветного окна. Она не знала, где Каз, но его сторона кровати казалась смятой и подушка была еще теплой. Глубоко вдохнув его запах, она кое-как поднялась, чувствуя себя гораздо сильнее, чем прежде, и, спотыкаясь, направилась в ванную. Быстро сделав свои дела, она встала перед зеркалом и поморщилась, глядя на свое отражение.

Она выглядела изможденной. На шее красовались синяки, на щеках – следы от подушки, глаза были опухшими и красными, волосы растрепанными, лицо осунувшимся. Чувствовала она себя дерьмово.

Глубоко вздохнув, она решила почистить зубы и умыться. Ощутив себя немного больше похожей на человека, она решила проведать Мелиссу, прежде чем улечься спать дальше.

Она натянула поверх леггинсов одну из толстовок Каза, утонув в его запахе, вышла из квартиры и спустилась в комнату Мелиссы, благодарная за то, что все разъехались, и никто не увидит ее в таком состоянии.

Утро было раздражающе ярким, и, громко зевнув, она постучала в дверь своей подруги. Через несколько минут она открылась, и девушка уставилась на нее налитыми кровью глазами.

— Всё в порядке? — пробормотала Мелисса, открывая дверь пошире, чтобы Салем могла войти.

— Да. — Салем вошла в просторную, светлую комнату, похожую по планировке на ее собственную. — Как ты себя чувствуешь?

— Дерьмово, — проворчала Мелисса, забираясь обратно в постель. — Я слишком много выпила прошлой ночью. Больше никогда.

Салем помедлила, прежде чем сесть на кровать, понимая, что подруга понятия не имеет, что происходило и чуть не произошло накануне вечером.