— Ты меняешь тему, но всё в порядке. У меня нет проблем с тем, чтобы говорить о своей сексуальной жизни.

Они шли к главным воротам, направляясь к своему обычному заведению, когда Мелисса начала рассказывать им о парне, которого она встретила в баре, горячем незнакомце, с которым они обменялись только именами, прежде чем он отвел ее к себе.

Адити посмотрела на Салем, пока Мелисса продолжала рассказывать. Они обе подумали об одном и том же.

Толком не представиться, подцепить ее в баре и отвезти в скудно обставленную съемную квартиру в городе, ездить в город на «работу» по будням и появляться только по выходным, чтобы встретиться с Мелиссой. Это было подозрительно. Как это ни печально, но парень был либо женатым, либо шпионом.

Но Мелисса не была наивной идиоткой. Она была умна, и если она ему доверяла, то и они должны были. Поэтому и Салем, и Адити держали рты на замке и слушали ее.

Салем оглядела кампус, когда они вышли. Она давно не видела такого оживления: студенты выходили из экзаменационных залов, старшекурсники, у которых экзамены были сданы раньше, помогали готовиться к благотворительному вечеру, а организаторы и персонал бегали вокруг и всё организовывали.

Благотворительный вечер Мортимера для сбора средств проходил каждый год примерно в одно и то же время. Мероприятие было очень эксклюзивным и проводилось только по приглашениям, на аукцион выставлялись в основном работы студентов Школы искусств, а все вырученные средства шли в различные мировые благотворительные организации. Как бы альтруистично это ни звучало, Салем знала, что основная причина, по которой большинство тратило деньги, заключалась в том, чтобы избежать налогов. Что бы ни было причиной, по крайней мере, они шли на реальную помощь.

Мероприятие проходило в самом здании Школы искусств, в огромной галерее, занимавшей целое крыло этой части замка, где на одном этаже располагались картины, на другом – скульптуры, а на третьем – все прочие предметы искусства.

В этом году ажиотаж был больше обычно, потому что Каз Ван-дер-Ваал собирался выставить целую коллекцию работ. Салем знала, что для нее уже забронирована вся передняя часть галереи – студенты и их семьи были заинтригованы как слухами, ходящими о его работах, так и тем, что он держал их в тайне. Салем тоже было любопытно увидеть две последние картины, которые он не показал ей – одна из них была написана в первую ночь, когда он занимался с ней любовью.

Ведь именно это он и делал, не так ли? Даже когда он держал ее за волосы и вколачивал в кровать, кусал за шею и шлепал по груди, даже когда он был настолько груб, что превращался в зверя и заставлял ее плакать и стонать, он занимался с ней любовью. Потому что, каким бы грубым он ни был, или властным, или темным и грязным, после всегда происходило одно и то же – он дарил ей множество мягких поцелуев и нежных ласк, поглаживаний и прикосновений, объятий, обращался с ней со всей бережностью и заботой, ломал ее и снова собирал воедино, стирал и возвращал к жизни. Ей нравились жестокость, грубость, доминирование, потому что за ними всегда следовали благоговение, нежность, поклонение.

Она увидела, как тот, о ком она думала, направляется к лесу, а Барон и другой парень, которого она однажды видела с ним, идут следом.

Салем слегка нахмурилась, задаваясь вопросом, куда они направляются. На встречу? В их клуб?

— Девочки. — Она остановила подруг, не сводя глаз с леса. — Я присоединюсь к вам чуть позже.

Адити нахмурилась.

— Что происходит?

Салем кивнула в сторону леса.

— Просто нужно кое-что проверить.

— О-о-о. — Мелисса потерла руки. — Мы что, собираемся шпионить? Обожаю!

Адити покачала головой и направилась к лесу.

— Пошли. Давай проверим всё, что ты хочешь проверить.

Салем с легким удивлением посмотрела на подруг, а затем встряхнулась. Они направились в лес. Благодаря солнечному свету тропинка была ярко освещена, лучи проникали сквозь деревья и давали возможность разглядеть трех высоких парней вдалеке. Они повернули направо, направляясь к поляне, где несколько месяцев назад был костер.

Салем низко пригнулась, и две другие девушки сделали то же самое. Они спрятались за кустами, откуда открывался прекрасный вид на поляну, и Салем с удивлением наблюдала, как к группе присоединились еще два незнакомых ей парня.

— Что происходит? — спросил один из новеньких, засунув руки в карманы.

Барон посмотрел на каждого из них.

— Выбор сделан.

Один из двоих улыбнулся, но Каз оставался серьезен. На самом деле он застыл на месте, пристально, почти убийственно глядя на Барона, сложив руки на груди. Блондин рядом с ним бросил на них нервный взгляд.

Барон посмотрел на парней.

— Это всё. Вас проводят, когда придет время.

Новенькие ухмыльнулись и поблагодарили его, а затем убежали. Блондин обменялся взглядом с Казом, а затем повернулся и тоже направился прочь, оставив на поляне только Каза и Барона.