Даже если бы я не разжигала свой ненасытный аппетит, я бы всё равно заглядывалась на каждого чёртова парня в Подземном королевстве.

Похоже, я не могу винить в этом принца-ангела, да?

Я знаю, что собираюсь сделать, знаю сценарий из оригинальной книги,… но ничего не могу с собой поделать. Слова словно сами срываются с моих губ, прежде чем я успеваю их остановить.

— Но я не хочу находиться среди сумасшедших, — шепчу я, а Чеширский Кот кладёт ладони по обе стороны от моей головы и наклоняется ещё ближе.

— О, тут уж ничего не поделаешь. Мы все здесь без ума от тебя. — Я несколько раз моргаю, пытаясь осмыслить то, что он только что сказал. Уверена, в оригинальной книге этого не было. — Я без ума. Они все без ума. — Он кивает в сторону зарослей, и в этот момент из-за густых ветвей выходят близнецы. Ди расправляет крылья, как только выходит из-за деревьев.

— Откуда ты знаешь, что они безумны? — спрашиваю я, а кот снова ухмыляется и делает шаг назад, надменно глядя на близнецов.

— Должно быть, так и есть, иначе они бы сюда не пришли, — говорит он. В кожаных штанах и майке в черно-белую полоску он выглядит особенно эффектно. Еще один очень современный наряд. Но после трехсторонней схватки между гигантским паукообразным, драконом и оборотнем с кроличьими ушами… я уже ничему не удивляюсь.

— И почему же? — спрашивает Ти, бросая на меня быстрый взгляд и тут же отводя глаза. Но он не может этого скрыть. Даже этого мимолетного взгляда мне хватило, чтобы увидеть тоску и отчаяние в его глазах. Он хочет вернуть свои крылья, и я не могу его винить. Интересно, то, что я сделала с Ди, — это навсегда или нужно как-то регулярно это делать?

Кот загадочно улыбается и делает еще несколько шагов назад, усаживаясь на край небольшого мостика своей — надо признать, великолепной — задницей. Под мостиком протекает небольшой ручей с карпами кои, и это напоминает мне об отце. Сердце болезненно сжимается, и я отвожу взгляд, замечая, что кот следит за движением рыб не просто из любопытства.

Ди подходит и встает рядом со мной, его рука касается моей, и у меня перехватывает дыхание. Я смотрю на него и вижу, как он улыбается мне в ответ. Его улыбка кокетливая и многообещающая, и у меня возникает стойкое ощущение, что это обещание касается секса, прежде чем я покину Подземное королевство.

— Если тебе надоест играть с мальчиками, Алиса, — мурлычет кот, бросая взгляд серых глаз в сторону Ди, и я закатываю свои при имени Алисы. Даже чертов кот знает, кто я такая. — И если решишь, что предпочитаешь играть с мужчинами, просто дай мне знать.

— Хм, — говорю я, когда Ти ощетинивается и сжимает руки в кулаки, — Ди больше и лучше, чем ты когда-либо мог бы быть, я уверена. Мне просто хорошо с этими мальчиками. — Кот смеется, лениво вытягивая руки над головой и пронзительно глядя на меня.

— Ну что ж, — мурлычет он, почти мгновенно исчезая из виду, — послание получено. Тогда я просто пойду своей дорогой.

Я ищу его улыбку среди деревьев, но ничего не вижу. Конечно, я не сомневаюсь, что он все еще где-то здесь.

— Можно я тебя кое о чем спрошу? — Начинаю я, поворачиваясь к Ди и пытаясь забыть, что всего двадцать минут назад он был похоронен внутри меня.

— Можешь? Или должна? — спрашивает он, и в его голосе появляются игривые нотки. — Или могла бы? Или должна была?

— Сколько это будет продолжаться? — продолжаю я, не обращая на него внимания и указывая на его крылья. Он замолкает и, тихо вздохнув, оборачивается, прикрываясь ими, как щитом, так что я вижу только его лицо.

— Только до полуночи. Как и все сказки, она когда-нибудь должна закончиться.

— О, — раздается низкий кошачий голос из ветвей ближайшего дерева. — Мне только что пришло в голову: ты сказала, что он фигура или, что он больше. Потому что, знаешь ли, слова «фигура» не существует. Фига — это фрукт, а не прилагательное. Если только ты не хотела сказать «фигура», в таком случае либо ты, либо я ошибаешься в правописании. И, честно говоря, Алиса, я не думаю, что у меня с правописанием что-то не так.

— Я сказала «больше», и ты это знаешь, так что отвали, — рычу я, а кот снова ухмыляется и начинает исчезать из виду, начиная с кончика пушистого хвоста, торчащего из-под кожаных штанов, затем его лапы, мускулистый торс, голова и, наконец, ухмылка.

— Герцог хочет отдать тебе Разящий Клинок, — говорит Ти, когда я поворачиваюсь к нему. Он стоит дальше, чем это было бы разумно для обычного разговора. Глубоко вздохнув, я подхожу к нему, кладу руки ему на плечи и, приподнявшись на цыпочки, целую его в губы.

Как только я это делаю, то чувствую, как ткань его куртки натягивается и вздувается под моими пальцами. Прежде чем она рвется окончательно, я прерываю поцелуй и вижу его широко распахнутые голубые, как море, глаза, в которых читается потрясение и… благодарность?