— Замолчи, — шикнула я едва слышно, продолжая улыбаться спешащему к нам Эрику.

Он поравнялся с нами и с недоумением взглянул на сгорбленную фигуру рядом со мной.

— Эрик? — выдохнула я, чувствуя, как кровь отливает от лица. — Что ты делаешь здесь в такой час?

Эрик перевел на меня взгляд, быстро вернув себе привычный невозмутимый вид, и чуть заметно улыбнулся.

— Я приходил к тебе домой, хотел кое о чем поговорить, — пояснил он, поудобнее перехватывая свой роскошный букет лилий. — Стучал, но мне никто не открыл. Элли тоже не было видно… И я понял, что ты, должно быть, снова задерживаешься на работе из-за очередного сложного случая. Вот решил встретить тебя. Такой красивой женщине нельзя ходить одной по темным улицам. Но, вижу, ты и не одна… Это кто?

— А это… — я судорожно сглотнула, лихорадочно соображая. — Это господин Альенде. Его мучает сильный кашель, а в лечебнице, как назло, закончилась нужная настойка. Придется довести его до моего дома, выдать лекарство, и он пойдет своей дорогой.

Эрик нахмурился. Его взгляд скользнул по грязному пальто Адриана, и на красивом лице проступила чуть заметная брезгливость.

Он склонился ближе ко мне и тихо произнес:

— Вивиан, я, конечно, знал, что у тебя доброе сердце, — в его голосе слышался лёгкий упрек. — Но тащить к себе в дом уличных бродяг? Это уже переходит все границы. Ты рискуешь подхватить заразу, да и вообще, это небезопасно для одинокой женщины.

Я ощутила, как напрягся Адриан.

— Это моя работа, Эрик, — отрезала я и мои пальцы крепче вцепились в локоть Адриана, приказывая ему держать себя в руках. — Я не могу оставить больного человека умирать на улице.

— Понимаю, — Эрик примирительно поднял свободную руку. — В таком случае, позволь мне хотя бы помочь довести беднягу, чтобы тебе не было тяжело.

Я растерянно взглянула на Эрика, совсем не ожидая от него такого предложения. Более того, я до конца не верила, что он осмелится прикоснуться к “уличному бродяге”.

Но когда он действительно сделал шаг вперед, протягивая руку к плечу Адриана, я вмиг ожила.

— Не стоит, Эрик. Я сама справлюсь, правда. Господин Альенде опирается на клюку. Я лишь поддерживаю его, чтобы ему было легче.

Я до ужаса боялась, что если Эрик сейчас прикоснется к моему бывшему мужу, то тот, даже будучи раненым, просто сломает Эрику шею прямо здесь, на глазах у всего спящего Ирлиана. Особенно после того как Эрик назвал его уличным бродягой.

К счастью, Эрик, будучи весьма брезгливым человеком, настаивать не стал. Уловив стойкий запах нафталина и старой шерсти, исходящий от моего “деда”, он с облегчением отступил на шаг.

Мы двинулись дальше по улице. Эрик шел рядом, задумчиво глядя под ноги, и некоторое время молчал.

А я шла как на иголках. С одной стороны — меня угнетало присутствие Эрика и его задумчивое молчание, а с другой — я чувствовала на себе тяжёлые взгляды Адриана, которые он то и дело бросал на меня из-под широкополой шляпы.

— Вивиан, я ведь шел к тебе не просто так, — наконец заговорил Эрик, вероятно, решив, что уличный бродяга совсем не помеха для серьезных разговоров. — Я много думал о нас. О тебе.

— Может поговорим в другой раз? — жалобно протянула я, понимая, что не хочу чтобы Адриан Лайз слышал эти разговоры.

— Нет, — усмехнулся Эрик. — Я больше не хочу их откладывать. Потому что и так понял, что из-за своей увлеченности делами в порту и, признаюсь честно, своего скверного характера, упустил кое-что очень важное. Допустил непростительную оплошность.

Я непонимающе нахмурилась, стараясь одновременно слушать Эрика и не обращать внимания на то, как напряжен стал Адриан.

— О чем ты?

— Я говорю о Тарене, Вивиан. Я так старался завоевать твое внимание, что совершенно забыл о том, кто для тебя важнее всего на свете. И я хочу это исправить.

Мы остановились возле моей калитки. Эрик посмотрел мне прямо в глаза, и его взгляд потеплел.

Он сунул руку в карман своего дорогого камзола и достал оттуда небольшую игрушку.

Это был потрясающе детализированный, вырезанный из дорогого темного дерева дракон. Его миниатюрные крылья были инкрустированы крошечными кристаллами, которые мерцали в тусклом свете уличного фонаря, а чешуя покрыта тончайшей золотой эмалью. Настоящее произведение искусства, которое явно стоило целое состояние.

— Это для Тарена, — с гордостью произнес Эрик, протягивая мне фигурку. — Я заказал ее специально для него у лучших столичных мастеров. И я хотел бы пригласить вас обоих на совместную прогулку в конце этой недели. К нам в порт прибудут новые суда, мальчишке наверняка будет интересно посмотреть на корабли. Я хочу с ним подружиться.

Я открыла рот, пораженная таким неожиданным жестом. Это было очень мило и… пугающе не вовремя.

Но ответить я не успела.