Рафаэль достает из кармана носовой платок и тщательно вытирает меня. Это почти заставляет меня смеяться. Как он может быть таким спокойным сейчас? Когда он заканчивает, он натягивает мои трусики и брюки обратно на мои ноги, пока я все еще пытаюсь вспомнить, как двигаться.

— Итак, как я уже говорил, прежде чем меня... отвлекли, — начинает он, поднимая меня, как тряпичную куклу, и притягивая к себе.

Я одариваю его вопросительным взглядом, понятия не имея, о чем, черт возьми, он говорит.

— Моя идея помочь тебе с твоими кошмарами, — уточняет он, а я могу только продолжать хлопать на него глазами. Он усмехается. — Я тебя в кому ввел?

— Как же, — бормочу я хрипло, слабо толкая его в грудь, что вызывает еще один смешок.

Он усмехается, его глаза игриво блестят, когда он смотрит на меня сверху вниз. — Ты хочешь услышать мою идею или нет?

Я машу ему, чтобы продолжал, и он продолжает: — Я хочу воссоздать ту ночь с тобой. Ты знаешь меня, ты доверяешь мне и даешь мне свое согласие. Но мы будем делать вид, что ничего этого нет.

Я изучаю его задумчиво, пытаясь осмыслить его слова, но единственное, что регистрируется в моем посоргазмическом тумане — это то, что он хочет заняться со мной сексом.

Может быть, если бы я только что не кончила так сильно, что мой мозг перегорел, я могла бы реагировать иначе. Но сейчас мой мозг — каша, и все, что я знаю — это то, что все сексуальное с ним будет сногсшибательным, даже если он предлагает... что именно? Добровольное несогласие?

И будь он проклята, я доверяю ему. Больше, чем имею на это право.

— Почему ты хочешь это сделать? — тихо спрашиваю я, маленькая часть меня все еще достаточно в сознании, чтобы задать ему вопрос.

Он пожимает плечами, рассеянно потирая рукой свою грудь. Мои глаза приковываются к этому, жар расцветает внутри меня, когда я понимаю, что он бессознательно трогает именно то место. То место, где находится шрам. Шрам, который он получил, когда спас меня. Но есть кое-что еще...

— Потому что я не выношу видеть тебя в боли, как ты мучаешься кошмарами о той ночи. Я уже разобрался с этими ублюдками, но я не могу наказать их за то, что они все еще вторгаются в твой сон. Итак, я готов попробовать все, что смогу, чтобы помочь тебе пережить это. Плюс, это будет чертовски горячо. — Он сверкает озорной ухмылкой, добавляя последнюю часть, и я не могу не улыбнуться. Рафаэль всегда так на меня действовал.

— Хорошо, — говорю я, мой взгляд все еще прикован к руке, потирающей его грудь. Это единственное действие, больше, чем его слова, убеждает меня.

Я, возможно, мало знаю о его жизни сейчас, но я знаю одно: Рафаэль никогда не причинит мне боль. Я знаю это так же твердо, как умею дышать. И когда я соглашаюсь, жар распространяется по моему телу, концентрируясь между ног — будто я только что не упала в обморок от того, как сильно он уже заставил меня кончить.

Его губы изгибаются вверх: — Да?

Я молча киваю. Я не совсем уверена, что его план сработает, но чем больше я думаю об этом, тем сильнее меня заводит. Я никогда раньше не думала об изнасиловании как о фетише, и если бы кто-то другой предложил это, я бы вылетела за дверь быстрее, чем вы можете сказать «черт, нет». Но Рафаэль — не кто попало.

Если говорить честно самой с собой — а я не честна — я бы поняла, что Рафаэль способен убедить меня сделать что угодно. Вместо этого я говорю себе, что соглашаюсь только потому, что знаю: он сделает это приятным для меня. И эй, если я получу ночку или две без моих обычных кошмаров — это хороший бонус, верно?

— Да, — шепчу я.

— Вот так девочка.

С этими словами Рафаэль снимает меня с колен, и я чувствую смесь разочарования и удивления, когда он устраивает меня на прохладном, твердом полу. Что он задумал?

Он встает, и мои глаза следят за ним, пока он тянется к завернутой подарочной коробке с одной из полок и протягивает ее мне.

Откуда, черт возьми, это взялось?

— Это еще что? — хмурюсь я, принимая ее.

— Подарок. Открой, когда будешь одна. Я на связи. — Он наклоняет голову к двери, и мое сердце немного падает. Подожди, он уже уходит?

Мои губы приоткрываются от удивления. — Ох. А как насчет... как насчет... — Я замолкаю, слишком трусливая, чтобы сказать это вслух, но он понимает, что я имею в виду.

Он усмехается, наклоняясь передо мной. — Где же был бы сюрприз, если бы мы разыграли это сейчас? Это случится, когда ты будешь меньше всего этого ожидать. — Он поднимает руку к моему лицу и проводит большим пальцем по моей щеке, прежде чем наклониться и дать мне мягкий, дурманящий поцелуй, от которого мои веки трепещут.

Он отстраняется, все еще улыбаясь, и помогает мне встать на ноги. Затем, с последним шлепком по моей заднице, он отправляет меня в путь.

Я выхожу из супермаркета, его подарок крепко прижат к моей груди. Оказавшись в своей машине, мне нужно немного времени, чтобы прийти в себя. Затем мой взгляд падает на таинственную упаковку, и любопытство берет верх — мне нужно посмотреть, что внутри.

Стянув зеленый бант сверху, я осторожно разрываю обертку и поднимаю крышку. Скандальный вздох вырывается у меня, когда я вижу, что внутри.