Мы направились на запад и спустились с моста на остров Три Мельницы, длинную косу, омываемую реками Ли и Чаннелси. Реки — на самом деле каналы — текли с севера на юг, а набережные были сделаны из галечного бетона. Здесь, внизу, было прохладнее, легкий ветерок гнал рябь по воде.

«Твоя мать разговаривала со мной», — произнес Калхун, когда мы спустились по ступенькам и повернули на север по берегу реки.

Я взглянул на него. «О чем?»

«В основном о тебе. О том, как у тебя дела, доволен ли я тем, что ты рядом». Калхун посмотрел на воду, где плавала лысуха со своими птенцами. «Сегодняшние распоряжения исходили от Чарльза, но думаю, что решение, возможно, было ее».

«Она так сказала?»

«Нет, но, похоже, она хочет, чтобы ты больше участвовал в семейных делах».

На реке мать-лысуха плавала, быстро подпрыгивая на воде, вылавливая из воды кусочки пищи. Часть она оставляла себе, а частью кормила птенцов. Птенцы были еще молодыми, и хотя выросли до размеров своей матери, все еще следовали за ней и брали пищу из клюва.

«Я не буду спрашивать, почему тебя так долго не было дома», — сказал Калхун. «Полагаю, у тебя были свои причины. Но похоже, твоя ситуация изменилась».

Я промолчал. Когда я снова встретил свою мать в прошлом году, то задал ей очень похожий вопрос: почему ты держалась подальше? Она ответила, что сделала это для моей защиты, что любой, кто знает о моей связи с Эшфордами, может попытаться использовать меня.

Я никогда до конца не верил в этот ответ, но с прошлого года видел достаточно, чтобы понять, что в нем есть доля правды. Фамилия Эшфордов была палкой о двух концах, и чем ближе я был к ней, тем больше внимания привлекал. Так почему же моя мать вдруг изменила свою позицию?

Мы прошли под парой железнодорожных мостов. Над головой прогрохотал поезд, ненадолго прервав наш разговор.

Мы вышли из-под моста на солнечный свет. «В любом случае, — сказал Калхун, когда грохот поезда затих позади, — я хотел спросить, какие у тебя планы».

«На что?» — осторожно спросил я. У меня было много планов, которые я не мог раскрыть Калхуну: колодец, который мы собирались ограбить в Далвиче, мой отец, Крылатые...

«Нашу семью. Собираешься ли ты продолжать заниматься подобными вещами».

«О», — выдохнул я. Это была гораздо более безопасная тема. «Я имею в виду... вероятно. Чарльз выкручивал мне руки в этом вопросе».

«Это прозвучало так, будто будет что-то еще».

«Я не очень нравлюсь Чарльзу».

«Не знаю, какие у тебя отношения с Чарльзом, — сказал Калхун, — но если бы ты ему действительно не нравился, он бы не позволил тебе сопровождать меня сюда».

«Нет, он просто знает, что я хорош в своем деле», — предположил я. «К тому же, вероятно, помогает и то, что, в отличие от Тобиаса и твоей сумасшедшей сестры, я не собираюсь наносить тебе удар в спину. Разве не по этой причине ты меня нанял?»

Калхун слегка нахмурился. «И как ты думаешь, к чему это приведет?»

«Понятия не имею», — пожал я плечами. Мы оставили мосты позади и проходили мимо трех барж, пришвартованных к причалу. Длинношерстный черный кот посмотрел на меня с одной из палуб.

Я услышал, как Калхун вздохнул. «Знаешь, ты не очень облегчаешь мне задачу».

Я не смотрел на Калхуна. Кот подмигнул мне, и я помахал ему рукой. Меня удивило, как его хозяева не беспокоятся, если он уйдет.

«Ты понимаешь, о чем я спрашиваю?» — спросил Калхун.

«Не совсем».

Калхун остановился; я смутно осознавал, что впереди и сзади его люди из службы безопасности сделали то же самое. Мы подошли к участку берега реки, заросшему огромными полевыми цветами и сорняками; они росли бесконтрольно в течение многих лет, и некоторые из них были выше меня. Впереди виднелась плакучая ива. Вьюнок цеплялся к листьям ивы, свисающим в траву, белые трубчатые цветы тянулись к небу.

«Ты навещаешь Чарльза раз в месяц, а Магнуса - раз в неделю», — пояснил Калхун. «Тебя посылают на обследование Колодцев. И, насколько я слышал, твоя мать пытается устроить тебя на работу в отдел снабжения. Сложи все это вместе, и это может означать роль в семейном бизнесе. Это также может означать, что ты — кандидат на роль наследника».

«О», — протянул я. «Так ты задаешься вопросом, не ударю ли я тебе в спину, как Тобиас и твоя сумасшедшая сестра».

«Если бы я действительно так думал, мы бы не вели этот разговор. Но я хотел бы знать твои намерения».

Я на секунду задумался. «Сначала ответь мне на один вопрос».

Калхун кивнул.

«Что ты чувствуешь по поводу всего этого? Наследство, наша семья, твои двоюродный брат и сестра, пытающиеся тебя подставить. У тебя такое жгучее желание стать наследником, что тебя не беспокоит, что в твоей собственной семье есть люди, которые с радостью убили бы тебя, только чтобы занять твое место? Потому что меня это точно беспокоило бы. Но каждый раз, когда я с тобой разговариваю, ты кажешься мне очень... я не знаю. Безэмоциональным».

Калхун оглянулся на меня на мгновение. «Неужели я таким кажусь?»